Muse. Electrify my life. Биография хедлайнеров британского рока

Первое. В феврале 1999 года Muse играли на разогреве у брит-поповых пижонов Gene (именно на этих гастролях я впервые побывал на концерте Muse в Редингском университете, где их выступление впервые записали на видео). Они по-прежнему ездили в своем небольшом белом фургоне, и эта поездка по британским университетам и залам средних размеров – «Артс-Центр» (Колчестер), «Брайтон-Центр», «Энсон-Румс» (на этом концерте в Бристоле были проданы последние остатки тиража The Muse EP и The Muscle Museum EP) – казалась продолжением январского тура, только на этот раз им пришлось играть в залах побольше для безучастных фанатов другой группы, которых и самих было не очень-то много, развлекая их перед главным событием. Их яростный рок не нашел особенной благосклонности среди поклонников элегантной поп-музыки Gene, так что их взгляд снова повернулся внутрь, и они играли в первую очередь для самих себя; Мэтт носился и дико скакал по сцене со своей гитарой, чтобы хоть как-то компенсировать равнодушный прием или попытаться переубедить скептиков. Тем не менее сами хедлайнеры оказались настолько впечатлены, что попросили Muse выступить у них на разогреве в лондонском «Форуме» через месяц после окончания тура, а потом еще через две недели – в театре «Астория», в день, когда им удалось впихнуть в расписание еще и второе шоу, в «Саунд-Рипаблик» на Лестер-сквер. То были самые большие залы, в которых когда-либо доводилось играть ребятам, не считая Криса, который (да, это прозвучит очень странно) играл со Status Quo на одном из саундчеков в Плимуте в 1997 году. (Рик Парфитт слишком плохо себя чувствовал перед саундчеком, а одним из одноклассников Криса был сын клавишника Status Quo, и он предложил Крису, к его восторгу, заменить Парфитта на саундчеке, сыграв Don’t Waste My Time.) А большие залы, которые давали их монструозному саунду пространство, в котором он мог по-настоящему реветь и рычать, как запланировано, идеально подходили для Muse. Они нервничали и были не очень уверены в себе, но выступления в больших залах до странности напоминали возвращение домой.

Второе. В мае, после пары разминочных шоу в «Сквере» (Харлоу) и «Танбридж-Уэллс-Форуме», концертом в Кардиффском университете начался тур Evening Session, состоявший из шести выступлений на востоке страны – в Бирмингеме, Манчестере, Шеффилде и Портсмуте (выступление Muse из семи песен в этом городе шло в прямом эфире на шоу Ламака) – и закончившийся настоящим взрывом в лондонском «Барфлай», где Muse устроили премьеру нового инструментального трека, наполненного яростными блюзовыми риффами и получившего рабочее название Hyper Music. В ознаменование нового статуса группы, выступающей в больших залах (пусть и на разогреве), Taste Media впервые предоставили Muse символ статуса рок-звезды – настоящий гастрольный автобус, и теперь, разъезжая по стране как хедлайнеры, Muse и выступали как хедлайнеры, раз за разом «убирая» со сцены и The Donnas, и 3 Colours Red благодаря своей пафосной страсти.

Третье. Съездив на восток, через день после окончания тура Evening Session, Muse развернулись и, записавшись на разогрев к Feeder, поехали дальше, зигзагами объехав Великобританию и отыграв еще девять концертов (в частности, они во второй раз за неделю сыграли в портсмутском «Пирамид-Центре»). К 30 мая, когда они выступили в шеффилдском «Ледмилл» и взяли заслуженный двухнедельный отпуск после трех напряженных гастрольных недель, они стали совсем другими людьми – и в эмоциональном, и в физическом плане. Исполнение высоких фальцетных нот в Cave сказалось на горле Мэтта, и его голосовой аппарат из-за ежевечернего перенапряжения в буквальном смысле уменьшался. Позже врачи-фониатры, обследовавшие Мэтта, говорили, что еще никогда не видели таких голосовых связок у мужчин – они выглядели в точности как женские.