Муж под прикрытием. Шесть жизней мистера Джордана

Чтобы снять напряженность после моей истории, я всегда начинала шутить. Мне делали комплименты – потеря веса пошла мне на пользу. А я отвечала: «Это диета двоеженства – моей заслуги тут нет!» Мне казалось, что это поможет окружающим легче принять все произошедшее, поскольку события моей жизни повлияли и на них тоже, особенно на тех, кто встречался с Уиллом и знал его.

Но я не всегда улыбалась. Особенно когда мне стали ясны зловещие побочные эффекты его поведения. Память порой мне изменяла. Пытаясь припомнить все, что со мной происходило, я обнаружила массу ложных воспоминаний. Например, мне казалось, что разговаривала с Мишель в прошлом, и была уверена, что получила твердые доказательства ее сотрудничества с ЦРУ и фиктивности их брака. Я даже помнила, как обсуждала с Уиллом наш с ней разговор. Но когда попыталась вычленить это воспоминание и понять, когда все случилось, то не смогла этого сделать – помнила лишь, как Уилл говорил мне, что я беседовала с Мишель. Со временем мне стало ясно, как он это сделал. Он разговаривал с ней по телефону в моем присутствии и договаривался о нашем созвоне в другое время. Но через несколько минут ей оказалось неудобно, потому что нужно закончить работу. А потом Уилл умело отвлек мое внимание, предложив чашку кофе, сообщив, что уезжает, или просто налив мне вина и перейдя к откровенному соблазнению. На следующий день он разговаривал со мной так, словно разговор с Мишель состоялся, и в памяти остались именно его слова, а не реальные события.

Постепенно я стала понимать, что многое из того, во что я верила абсолютно – характер его работы, его поездки, его враги, его достижения, все, что я считала фактами, – на самом деле было лишь словами. Уилл лишь рассказывал мне – это факт.

Мне стало ясно, что я не разговаривала с Мишель до 5 апреля 2006 года. Ложные воспоминания вскрылись, когда я начала все записывать и взглянула на свою жизнь под другим углом. Чем больше я отдалялась от Уилла, тем яснее мне становилось, что произошло и как он контролировал меня – даже мои мысли. Но когда он оказался вдали от меня, контроль ослабел, и я начала осознавать реальность – так меркнут детали сна, когда просыпаешься.

Это явление меня очень обеспокоило, и я захотела узнать больше. Я порылась в интернете и нашла курс о «черных приемах гипноза». На этом курсе обучали разговорному манипулятивному гипнозу – как использовать негативную психологию для контроля собеседника. Я купила материал и изучила его – не для того, чтобы научиться, а лишь понять и не допустить подобного в будущем. Это было очень увлекательно, потому что Уилл использовал на мне все приемы – абсолютно все. Но больше такого не случится – ведь я понимаю, как это работает. Больше никто не будет на меня влиять. Я знаю, как на меня влияли в прошлом.

Поняла, что мы многое принимаем за чистую монету: когда люди говорят, что работают в определенном месте, мы не звоним в компанию, чтобы проверить. Когда вы в последний раз просили доктора показать его диплом, а таксиста – водительские права? Мы просто считаем, что эти люди обладают необходимой квалификацией. Не ждем обмана. Даже если собеседники не спешат что-то доказать, мы верим им и рассчитываем, что они и дальше будут говорить нам правду.

Многие вопросы всегда останутся без ответа. Куда делись деньги? На что Уилл их использовал? Как и почему в момент нашей встречи на его теле не было волос, а потом они начали расти? Я не замечала щетины после бритья или воска, а потом стали появляться отдельные волоски. Это было физическое доказательство его бесплодия, и доказательство того, что он преодолел это состояния с годами. Но Мишель сказала, что у него всегда была волосатая грудь. Я до сих пор этого не понимаю. Спрашивала у многих, но никто не смог этого объяснить. Уилл часто использовал этот факт в качестве физического доказательства. Мне непонятно, откуда он знал, что Ясир Арафат не умер? Как он получил доступ в видеозаписям казней заложников, до того как они появлялись в телевизионных новостях? И кем были люди, с которыми я говорила, принимая их за его родителей? Как Уилл заставил их лгать мне?

Думаю, единственным побудительным мотивом действий Уилла по отношению ко мне и многим другим была особенность его личности. Я должна принять, что он таков, каков он есть. И живет он только так, а не иначе. Но не обязана терпеть такого человека – Уилла или кого-то другого – в собственной жизни.

* * *

Через двадцать восемь дней после того судебного заседания я одна ехала на суд, чтобы выслушать приговор. Теперь мне не нужны были ни поддержка, ни помощь. Знала, что там буду я и полицейский Питер, и меня это устраивало. Это была последняя глава, и я хотела узнать, чем все закончится.