Мужчина ее мечты

— Вот черт! Мог бы и догадаться, что это ты во всем виновата. — Коуди связал Хизер запястья и выпрямился. — Ах ты, гадина, из-за тебя меня убьют! Будь ты проклята!

Он внезапно замер и упал на пол.

Его тело задергалось, и он встал на четвереньки.

— Я таракан! — И торопливо юркнул в черноту под лестницей.

— Останови его! — крикнула Саша.

Билли разрядил ствол.

— Нет! — закричала Хизер.

— Я Таракан! — донеслось из темноты.

Билли снова выстрелил. Послышался стук ног по ступенькам и шарканье. Коуди карабкался на хоры. Хизер поморщилась. Там не будет безопаснее. Как не будет безопаснее и внизу. В темноте она едва различала его фигуру. Билли опять прицелился и выстрелил. Подпрыгнув, Коуди бросился бежать в другом направлении. Билли выстрелил еще раз.

Хизер с ужасом наблюдала. Это было похоже на стрельбу но мишеням в парке развлечений.

В этот момент страшный вой потряс воздух. Билли перестал палить и прислушался.

Хизер затаила дыхание. Она никогда не слышала, чтобы собака или койот выли так громко. Звук был оглушающим и исходил, по-видимому, от существа огромных размеров.

— Что это было? — прошептала Саша.

— Не знаю, — ответил Билли. — Но похоже, это где-то рядом.

Услышав какой-то громкий звук во дворе, Хизер вздрогнула. Казалось, будто кто-то раздирал металл.

В часовне стало темнее. Солнце, должно быть, село. Единственным источником света была теперь лишь полная луна да звезды, глядевшие на них в прореху в крыше.

Билли и Саша замерли и повернули Головы в сторону алтаря.

— Господин просыпается, — сообщила Саша шепотом.

Бросившись к алтарю, она взяла со стола коробку спичек и зажгла три свечи.

Деревянная дверца со скрипом открылась.

Из отверстия в полу вылетела фигура в черном и устремилась к дыре в потолке. Лунный свет озарил ее наподобие серебряного нимба. Хизер не видела лица, но чувствовала, что оно обращено к ней.

Луи опустился на пол. Его волосы были уже не седыми, а черными, как его долгополое пальто. На вид ему было лет тридцать пять, но Хизер знала, что его возраст наверняка перевалил уже за пять сотен лет.

Билли и Саша поклонились.

— Господин.

— Вы привезли мне последнюю шлюху Жан-Люка, — спокойно заметил Луи. — Очень хорошо. — Он бросил взгляд на хоры. — И еще одного смертного.

Коуди юркнул в тень.

— Он повеселит меня перед смертью. — Луи по вернулся к Хизер.

У нее пересохло во рту. Она никогда не видела таких холодных черных глаз. В этот ужасный момент она осознала, что в нем не осталось ничего человеческого. Он давно превратился в существо, для которого люди стали добычей.

Вампир приблизился к ней.

— Позвольте представиться. Я Анри Ленуар. — Его губы изогнулись в невеселой улыбке. — Но вы не успеете сказать об этом Жан-Люку. Это будет наш маленький секрет.

Хизер попыталась спрятать руки. Коуди не слишком хорошо связал их. Неплохо было бы занять Луи разговором. Это даст Жан-Люку и его друзьям время, чтобы ее найти. А ей позволит развязать руки.

— За что вы так ненавидите Жан-Люка?

Луи снял черные кожаные перчатки и сунул в карман пальто. У него были бледные руки с длинными ногтями, покрытыми черным лаком.

— Казимир обещал мне маленькое состояние за убийство Жан-Люка. И тогда я займу его место общинного мастера в Западной Европе, как только Казимир одержит победу. Слишком велика награда за столь малый труд. Но я хочу, чтобы Жан-Люк сначала помучился. Поэтому на сцене и появилась ты. Тебя я убью даром.

— А что, если я заплачу вам, чтобы вы не убивали меня?

Уголок его рта дрогнул.

— А ты забавная штучка, но сомневаюсь, чтобы ты могла себе меня позволить. — Его черные глаза скользнули по ее телу. — К тому же я обожаю убивать женщин.

У нее внутри все похолодело.

— И убивать тебя я буду медленно. — Он придвинулся ближе. — Ты как будто не испугалась.

А он этого добивался? Чтобы она плакала и умоляла? Естественно, она боялась до смерти, но не собиралась ему показывать свой страх. Вскинув подбородок, Хизер сердито сверкнула глазами.

— И конечно, я буду тебя насиловать, пока не выпью всю твою кровь. Это нанесет Жан-Люку наибольшее оскорбление.

У Хизер внутри все сжалось. Насилие было куда более оскорбительным для нее самой, но Луи, очевидно, это не волновало. Она была лишь средством уязвить Жан-Люка и другой ценности для него не имела. Так что и торговаться было не о чем.

— А сейчас я страшно голоден. — Луи вернулся к алтарю. — Мне нужно слегка умерить свой аппетит, чтобы случайно не убить тебя слишком быстро.

На нее навалилось тяжелое чувство обреченности, потому что она не могла представить, как отсюда выбраться. Хизер натянула веревки.

— Иди сюда, моя дорогая. — Луи протянул руку к Саше.

Она кинулась к нему:

— Да, господин.

Он подвел ее к алтарю и подтянул вверх один из ее рукавов. Следы от зубов на ее коже заставили Хизер поморщиться.

Саша вытянулась на столе головой к свечам. Луи склонился над ее запястьем.

Не желая этого видеть, Хизер отвернулась, но, услышав шипящий звук, невольно обернулась и ахнула. Наружу вылезли его клыки, длинные и острые, и вонзились в запястье Саши.