Мужчине о женщине; жизнь, общение или искусство не оставаться в дураках

Кто бы из брачниц, — и в каких странах мира, не происходило бы интервьюирование, — независимо от возраста, профессии, интеллек-та, не вытягивал, выуживал из мужчины интересующую ее о нем информацию, все из вышеперечисленных вопросов, которые они задают потенциальному жениху, будут в начале ли, в середине, в конце собеседования сводится к одному — к стремлению хитроумной смекалистой женщины-ловкача выяснить для себя окончательно ваше материальное положение. Вы становитесь во время собеседования-допроса, полудопроса центром ее повышенной перцепции, созерцания, усиленного анализа; все ваши жесты, мысли, подробности вашего бытия — все фиксируется, запоминается, импритингоизируется (запечатлевается) женщиной, размышляющей в этот момент только, практически, об одном — подойдет ли ей та сумма выгод, которая находится, так сказать, в вашем-Я, достаточная для того, чтобы безбедно, относительно комфортабельно чувствовать себя ей уже в амплуа супруги. Какое бы выражение лица не транслировала на ваше восприятие и его механизмы женщина, то ли безучастно-непристрастное, слегка индиффирентно-рассеянное; то ли равнодушно-нейтральное — знайте, что она никогда не может быть внутренне невнимательной к вашим минироманам о себе, тем более, если вы можете оказаться возможным сперва женихом, а затем и мужем. Даже если ваши росказниболтов-ня — "скучнейшее из всех скук", как сказал бы, наверное, живи он сейчас, О. Ш. де Сент-Бёв, все равно преджена-брачница, если хранит в тайниках своего сознания расчет сокординаци-онно вас, найдет ваши душеизлияния прекрасными, увлекательными, интересными, не лишенными оригинально-остроумной палитры. Чтобы загерметизировать свои истинные намерения, женщина, инспирируя ваше-Я, как бы закрывает вам глаза повязкой, платком, чтобы вы ослепли на время и "царапали бы себе, подобно кошке, — как заметил Л. Фейербах, — глаза"; вот почему никогда, за исключением единичных случаев, никто из женщин не репродуцирует перед вами всю ту низость, коварство, которые присущи женской натуре, измеряющей вся и все в конечном результате только по деньгам; а, напротив, они, женщины, и особенно те из них, которые грезят о брачных узах, продуцируют собою (производят) лишь символ добропорядочности, скромности; экстраполируя (распостраняя) на ваше созерцание сигналы приязни, расположенности, фальшивой теплоты, напускной нежности.

Все женщины (тип бол.) отлично владеют умением, которое автор называет приемом косвенного вопроса и косвенного допроса, используя который брачницы стараются увидеть, высмотреть положительную или отрицательную реакцию, воспроизводят, несут для мужчины ее рассказы про удачливых подруг в замужестве; приятельниц, несуществующей, чаще всего, двоюродной сестры; все эти легендоизиро-ванные ремининсценции (воспоминания) можно назвать "сказками о похождениях кузины"; традиционно, они в интерпретациях преджены-брачницы звучат так: там всегда, в мифических сказках, муж имеет много денег, а ее подруга, приятельница или кузина ведет некую эдемообразную жизнь, ни в чем не нуждается, везде бывает, все у нее есть; аподиктически (убедительно) сказать, все эти великолепные, блестящие, оригинальные Лены, Кристины, Жанны, Дианы живут, как жены — если принять на веру фальсифицированное чириканье брачницы — минимум мультимиллионеров. Беседуя с вами, женщины всегда стараются определить, уразуметь ваши ценности; сопоставить их со своими; прояснить, установить доказательство для самой себя, своего-Я, поддерживаете ли вы ее прагма-ментальность, подыгрываете ли вы ее намерениям; она жаждет осмыслить также отдали ли вы инициативу в руки сметливой преджены-брачницы и таким путем почти безошибочно она нарисует в воображении панораму, модель вашего-Я, как бы проверенного, проанализированного справа, слева, сбоку, спереди; короче аргументировать, она нападет на вас, на ваше интериоризи-рованное и экстэроризированное (внутреннее и внешнее) Я сзади — для того, чтобы понять, что ее может ожидать, если она будет рядом с вами там, впереди.