Мы – электрические. Новая наука об электроме тела

Бёрр всю жизнь проработал на медицинском факультете Йельского университета, и его многочисленные статьи оставили заметный след в науке середины XX века. Цель его жизни заключалась в том, чтобы понять, все ли биологические системы обладают электрическими свойствами, и если да, то почему. В попытках создать полный каталог биологической электрической активности он в течение тридцати лет подводил провода ко всему – от бактерий до деревьев и женщин, измеряя и зарисовывая слабые поля, которые они производили. Когда Бёрр начал претворять свой проект в жизнь, уже широко использовались методы ЭМГ (электромиография – для исследований мышц) и ЭКГ (электрокардиография – для исследований сердца). Но его не интересовали эти громкие и очевидные ритмы. На фоне этих шумов он идентифицировал другой сигнал – слабенький электрический профиль, который никогда не усиливался и никогда не ослабевал, а просто был. Бёрр хотел узнать больше. Для начала, чтобы зафиксировать этот сигнал, он провел три года за разработкой настолько чувствительного милливольтметра, что сердцебиения, которые пытался зарегистрировать Август Уоллер, воспринимались с его помощью как ружейные выстрелы[298].

В ходе этих первых исследований он попросил подключиться к считыванию напряжения работавших в лаборатории мужчин. Два электрода помещали в сосуды с раствором электролитов, и сотрудники опускали в каждый из них по указательному пальцу обеих рук, чтобы замерить различие между напряжением на двух пальцах: это напоминало опыт Кена Робинсона с демонстрацией раневого тока, но только в данном случае никто ничего себе не резал. И все-таки сверхчувствительный вольтметр Бёрра обнаруживал разницу. “Сразу становилось ясно, что между двумя пальцами есть градиент напряжения”, – писал он[299]. Он понял, что этот постоянный электрический ток указывал на то, что каждый человек имеет какую-то электрическую поляризацию: одна часть нашего тела заряжена отрицательно, другая – положительно. Бёрр назвал это “электродинамическим полем”, или L-полем. Так впервые было доказано, что люди – тоже своего рода батарейки.

Чтобы удостовериться в наличии сигнала, Бёрр с коллегами повторили эксперимент десять раз (с вариациями, чтобы избежать ошибочной интерпретации). Удовлетворившись, они начали более глубокие исследования. Мужчин просили проводить измерения ежедневно на протяжении нескольких недель и месяцев. Проанализировав результаты, Бёрр понял, что может составить спектр силы поля разных мужчин. У одних градиент напряжения всегда был высоким – до 10 милливольт, тогда как у других он находился лишь на уровне двух, но поле каждого конкретного мужчины почти не менялось день ото дня.

Тогда Бёрр задумался об измерении поля женщин. Может быть, их электрический профиль окажется более вариабельным? Он попросил включиться в эксперимент сотрудниц своей лаборатории[300]. И действительно, “к удивлению, мы обнаружили, что один раз в месяц на протяжении двадцати четырех часов наблюдалось сильное повышение напряжения”. И это приблизительно совпадало (“по данным персональных записей женщин”) с серединой менструального цикла, что указывало на возможную связь с овуляцией.

Даже в 1930-е годы на этом предел допустимого в экспериментах такого рода на женщинах кончался, так что Бёрр стал проверять свою гипотезу дальше на кроликах. Овуляция у кроликов предсказуема: простимулируйте шейку матки, и через девять часов произойдет высвобождение яйцеклетки. Исследователи проделали малоприятный эксперимент по считыванию напряжения на яичниках крольчих, наблюдая за ходом овуляции напрямую, вскрывая брюшную полость и извлекая фаллопиевы трубы[301]. “К нашей радости, момент разрыва фолликула и выхода яйцеклетки сопровождался резким изменением градиента напряжения на регистрирующем устройстве”, – записал Бёрр. “Эксперимент был проделан достаточное количество раз, чтобы стало абсолютно ясно, что изменение электрического тока коррелирует с овуляцией”[302].

Попытки воспроизвести такой эксперимент на живой женщине были совершенно исключены. Однако Бёрр нашел очень близкое приближение: одной молодой женщине проводили диагностическую хирургическую операцию. Она согласилась на проведение исследования, и пока она на протяжении пятидесяти шести часов ждала начала операции, ее электрическое поле непрерывно измеряли с помощью записывающего гальванометра. Бёрр закрепил один электрод снаружи в центре брюшной стенки, а другой внутри – у стенки влагалища около шейки матки – и наблюдал за изменениями напряжения между двумя электродами. Когда записывающее устройство зафиксировало такой же резкий пик напряжения, который Бёрр наблюдал у кроликов, пациентку немедленно увезли в операционную на лапаротомию[303]. После планового удаления яичника при ближайшем рассмотрении в нем обнаружили только что разорвавшийся фолликул – признак овуляции.