Мы – Виражи!

В общем, Викки старалась не слишком привередничать, чтобы не портить себе настроение. К тому же она знала: сегодня мама вручит ей золотые серёжки, которые они вместе выбирали в одном из лучших ювелирных магазинов. Викки видела их у мамы в шкатулке ещё дома, в посёлке на Зелёном мысе. Мама всегда покупала подарки заранее.

Викки улыбалась, вытирала салфетками близнецовые щёки, перепачканные кремом. Она даже шутила совсем как раньше, и все хохотали до слёз над её меткими словечками и анекдотами. Наконец дело дошло до подарков: близнецы вручили старшей сестре бусы из мелких ракушек – сами делали, бабушка – блокнот для записей, а мама… Мама подарила свой старый жемчужный браслет.

– Прости, родная, – смущённо сказала она, заметив разочарование на лице дочери, – моих сбережений оказалось меньше, чем я думала. И я заложила в ломбарде последние украшения. Мы выкупим серёжки, когда всё наладится. Носи браслет с удовольствием!

Мама застегнула его на запястье Викки.

Но Викки не нужен был браслет! Она хотела серёжки! Она мечтала о них! Она их заслужила!

Раздражение, которое Викки старательно загоняла поглубже, вырвалось наружу кипящей лавой. Она вскочила и сорвала браслет.

– Не нужны мне такие подарки! – закричала Викки, не слыша, как жемчужины разбегаются в стороны, подскакивая, словно крошечные мячики. – И вы все мне тоже не нужны! Ясно?!

Близнецы бросились за жемчужинами в погоню. Они ползали под столом на коленях, бережно собирая в горсточки перламутровые шарики. Но Викки не смотрела на них. Слёзы застили ей глаза, а на языке словно копошились ядовитые скорпионы. Викки хотелось выплюнуть их, чтобы они жалили, жалили, жалили – всех вокруг…

– Ненавижу вас! Ненавижу! – крикнула Викки и бросилась вон из кафе.

– Кого-то она мне напоминает… Ах да, мою язву! – бабушкино замечание ударило Викки в спину.

– Не надо так о ней. Викки сложно принять новые обстоятельства, но она справится, – сказала мама. – Я свою девочку знаю.

Викки её не услышала. Она уже шла по улице. Шла куда глаза глядят.

– Мам, давай мы догоним Викки и притащим её обратно, – предложила Малинка, пересыпая жемчужины на ладонь маме. – Мы мигом! Правда, Ломик?

– Нет, – мама покачала головой. – Ей нужно побыть одной.

– А нам нужно праздновать! – решила бабушка Роза и разлила по стаканам газировку. – В конце концов, никто не запрещает отмечать день рожденья без именинницы!

– Только папе пирожное оставьте – вон то, шоколадное. Его любимое, – мама подняла бокал и через силу улыбнулась.

Она отпила глоток, когда услышала, что колокольчики на входной двери зазвенели. Мама резко обернулась, расплескав газировку, – вдруг Викки пришла обратно?

Нет, не пришла. Это были незнакомые люди.

<p>Глава 4</p><p>Ещё один подарок</p>

Весь день Викки бродила по городу. Вокруг разговаривали и смеялись дети и взрослые. Но чужая радость не трогала сердце Викки. Она чувствовала себя самой несчастной, самой одинокой на свете. «У всех этих людей есть дом, куда можно вернуться. И только у меня – телега на колёсах», – жалела она себя.

Викки устала и проголодалась. Она села на лавочку на набережной и решила, что будет сидеть так же, как сидит папа, – без слов, без движений, – пока не превратится в камень. И тут кто-то тронул её за плечо.

– Викки?

Она вздрогнула и обернулась – рядом стояла Лина Бардина, лучшая подруга, почти сестра! Её влажные волосы завивались крупными кольцами – наверное, купалась недавно. Карие глаза смотрели удивлённо. Два года назад Лина перешла к ним в класс, и девчонки сразу подружились. Ещё бы! Их отцы были не просто банкирами, но и партнёрами.

– Откуда ты здесь? Ты же писала, что путешествуешь с семьёй по Италии…

– Ох, Лина, прости! – Викки заслонила лицо руками и разрыдалась. – Я наврала!

Она рассказала про Чёрных Чернушек и папу, про тесный дом на колёсах. И даже про то, как храпит по ночам бабушка…

– Теперь я живу на парковках и в кемпингах, представляешь? – слёзы у Викки закончились вместе с рассказом. – Как бродяжка…

Лина слушала, поглаживая подругу по плечу. Она сосредоточенно хмурилась, вздыхала и охала в нужных местах. А когда Викки умолкла, предложила:

– Поживи у нас, пока твой отец что-нибудь не придумает. Мы с мамой в этом городе проездом. Завтра утром перебираемся чуть ниже по побережью – папочка купил домик на лето. Мои родители возражать не станут. Главное, чтобы твои тебя отпустили. Почему ты должна мучиться вместе с ними? Вернёшься потом, когда жизнь наладится.

Викки слушала, и улыбка – настоящая, не поддельная – расцветала у неё на губах. Только что ей вручили главный подарок на день рожденья – счастливый билет в спокойную жизнь, к которой она привыкла.

– Что скажешь? – спросила Лина.

– Что скажу? – Викки обняла подругу, которая теперь точно стала для неё родной сестрой. – Да! И ещё сотню раз да! Ждите меня завтра. Я приду рано утром.

И она поспешила на парковку, записав адрес, по которому остановились Бардины. Впрочем, Викки могла не записывать – название улицы и номер дома отпечатались в памяти, словно их огнём выжгли.

* * *