На берегах реки Ждановки

В середине XIX века указанный участок принадлежал купцу Владимиру Гладкову. Место это, находясь недалеко от «колтовских грязей», было в то время не слишком привлекательным и не всякий извозчик, по словам писателя Всеволода Крестовского, готов был ехать в такую глушь. Впрочем, в отличие от Колтовских улиц, где, по свидетельству Крестовского, стояли преимущественно одноэтажные дома в три окна, набережная Ждановки была понарядней. Рядом располагались корпуса Второго кадетского корпуса и Дворянского полка, поэтому владельцы участков не скупились строить деревянные особняки с «претензией». По имеющимся в ЦГИА чертежам домов можно составить портрет набережной Ждановки 60-70-х годов XIX века: получится этакий ряд деревянных особняков, преимущественно двухэтажных, с вычурными фасадами, прерываемый столь же изящно справленными заборами. Удивляться красивым фасадам не стоит, большинство домов возводилось по проектам известных архитекторов, таких как Ф. Нагель или В. Курзанов, да и мастерство бригад плотников, готовых за несколько месяцев и за умеренную плату срубить деревянный особняк, было очень высоко.

План участка Карпычевой

Но вот беда, в нашем климате все эти неокрашенные особняки имели склонность быстро чернеть и ветшать, превращаясь в «кучу дров», а заборы коситься и крениться в разные стороны. Поэтому каменные дома, несмотря на огромные затраты на их строительство, по мере созревания экономической ситуации в столице стали постепенно вытеснять деревянные и моментально становиться доходными. Купец Гладков построил трехэтажный доходный дом на своем участке в 1878 году по проекту архитектора Константина Андрущенко. В документах, поданных в Городскую управу, дом именовался лицевым флигелем и был пристроен к деревянному особняку владельца. Дом сохранился до наших дней, но выглядит для доходного дома весьма куце. Что делать, когда он строился, время больших пятиэтажных флигелей в этом районе еще не пришло.

Последующие владельцы участка полковник Николай Евреинов, а за ним мещанин Баскаков мало что изменили во владениях, а вот когда землю приобрела наша героиня Пелагея Карпычева, жизнь здесь закрутилась и завертелась. История умалчивает о том, как оказались крестьяне Карпычевы в Петербурге. Но из архивных документов видно, что муж Пелагеи Дмитрий Григорьевич, очевидно обладая предпринимательской жилкой, быстро шел в гору. В 1890-х годах, арендуя помещения на участке Павлова в доме № 19 по Ждановской улице, он имел мелочную лавку и портерную; на участке купца Фогта в доме № 27 – еще одну портерную, а в доме № 21, когда участком владел мещанин Баскаков, мясную лавку.

Ныне почти забытый писатель позапрошлого века Егор Расторгуев в очень остроумной повести «Прогулки по Невскому проспекту» писал, что в начале XIX века не было «в Петербурге погребщика (владельца винного погреба. – С. П.), который бы в несколько лет не нажил каменного дома в несколько этажей».

То же, очевидно, относилось и к владельцам портерных, в частности к крестьянам Карпычевым. Портер в общественном сознании в то время был чем-то большим, нежели пиво, и пользовался особой популярностью, вероятно, из-за крепости. Однако возникает вопрос: как оправдывали себя питейные заведения в окончании тихой Ждановской улицы, если даже сейчас там нет ни одного кафе? Ответ находим, обратившись к промышленной истории района. Дело в том, что в то время рядом находилось несколько процветающих предприятий, в частности ситценабивная фабрика Леонтьева, пивоваренная «Бавария» и канатная фабрика Гота. Они-то и поставляли клиентов в заведения Карпычевых. А еще баня! В сотне метров от участка Карпычевых располагалась Ждановская баня купца Ефима Овчинникова, ее-то и «обступили» питейные заведения Карпычевых.

Дом П. Карпычевой на Ждановской улице. 21. Фото 2011 года

Торговля шла настолько хорошо, что в 1896 году крестьяне созрели до покупки участка со стоящими на нем сооружениями: деревянным особняком и доходным домом. Как водится, собственность записали на имя жены Пелагеи, а Дмитрий Григорьевич стал управляющим над всем хозяйством.

Однако перестройкой своего участка Карпычевы занялись не сразу, пять лет усердно наращивая капитал. Дмитрий Григорьевич, получив в управление доходный дом, не забросил и «пивное дело». На соседних участках Павлова и Фогта он по-прежнему значился арендатором питейных заведений. Лишь во владениях своей жены Карпычев уже не содержал лавок, предпочитая сдавать их в аренду. Так в 1900 году в доме Пелагеи Карпычевой имелся по современным понятиям целый универсам: колбасная, булочная, мелочная лавка, чайная… Кроме того, во дворе находилась кузница и каретная мастерская, обслуживавшая квартировавших по соседству извозчиков.