На берегах реки Ждановки

Активная строительная и организаторская деятельность продолжалась в Убежище все первые годы ХХ века. Был подведен водопровод, в 1903 году надстроен деревянный корпус – в нем открыли приют для детей сценических деятелей, возведено небольшое здание пансиона для школьников, построена электростанция. Подрос разбитый в 1897–1898 годах сад, и местность приобрела вид настоящего парка.

Могила М.Г. Савиной. Фото 1915 года

Со смертью М. Г. Савиной в 1915 году закончилась первая и самая романтическая страница Убежища. За 20 лет ее попечительства заведение прошло путь от небольшого, плохо обустроенного приюта на Кирочной, до всеми признанного благотворительного учреждения с собственным зданием, электростанцией и даже своей церковью. По сегодняшним меркам – это чудо, но в то время благотворительные традиции в русском обществе были еще сильны, и там, где нынешние бизнесмены возвели бы элитное жилье, меценаты и купцы XIX века устроили богадельню.

М.Г. Савину отпели в домовой церкви. Сначала сделали временную могилку в парке, а в 1916 году перезахоронили в усыпальнице близ алтаря. В 1921 году в той же усыпальнице был погребен А.Е. Молчанов. В усыпальнице, выполненной в древнерусском стиле, имелось несколько икон, под которыми горели лампады. Надгробные плиты были сделаны из черного мрамора.

Жизнь Убежища между тем шла своим чередом. По словам заведующей Агаревой, в нем содержалось 38 человек: 28 женщин и 10 мужчин. Каждый призреваемый пользовался помещением, полным содержанием, одеждой, бельем и обувью. Кроме того, каждый получал из канцелярии деньги на мелкие расходы.

* * *

Почему Убежище не прикрыли в начальные годы советской власти, когда закрывались все приюты и богадельни? Судя по сохранившимся документам, все шло к тому. Серьезный урон ему нанесло наводнение 1924 года, но средств на ремонт не выделяли и к 1930 году здания пришли в аварийное состояние. Пришлось даже освободить часть помещений Савинского корпуса. Ремонт удалось провести лишь в 1929–1930 годах, когда помещения пришли в ужасное состояние.

В 1931 году неприятность подошла с другой стороны: районной комиссией по уплотнению и расселению было принято постановление об изъятии трех зданий Убежища (приюта, пансиона и служебного дома) с передачей их для дальнейшего расселения. При дефиците жилья в городе вся пригодная жилплощадь, в том числе в доходных домах и особняках, тогда массово переоборудовалась под коммунальное жилье.

Приблизительно в это же время власти вознамерились разорить могилы М.Г. Савиной и А.Е. Молчанова и снять с них мраморные надгробия. Если добавить, что закрытая в 1930 году церковь стояла опечатанной и фактически не принадлежала Убежищу, список неприятностей станет полным.

Помогло Убежищу, видимо, то, что незадолго до указанных событий в середине 1929 года постановлением Совнаркома РСФСР Убежище со всеми находящимися зданиями закрепили за Театральным обществом. Хотя после революции Театральное общество по умолчанию продолжало распоряжаться Убежищем, однако «высокого» документа советской власти, уточняющего юридический статус, явно не хватало. После его появления отбивать атаки стало проще.

По окончании всех перипетий приемник Убежища – Дом ветеранов сцены оказался среди тех немногочисленных дореволюционных учреждений, которые обрели новую жизнь и при советской власти. Сад расширили, число корпусов в результате реконструкции 1946–1958 годов увеличили, а нужда, испытываемая порой Убежищем, благодаря заботам ленинградского руководства осталась в прошлом.

В.Н. Львова-Климова, проживавшая в качестве пансионерки в Доме ветеранов в середине ХХ века, отмечала, что автомашины с иностранными номерами не были редкостью на Петровской площади. В те годы Дом ветеранов сцены являлся своего рода знаменем, символом процветающего социализма, а зарубежные гости совершенно искренне оставляли о нем восторженные отзывы, ведь нигде в мире подобных заведений не существовало и нигде пенсионеры не жили во дворцах.

* * *

Когда атаки организационного плана 1930-х годов были отбиты, начались загадки архитектурные. Так, взглянув на фотографии Савинского корпуса до и после его реконструкции в конце 1930-х годов, невозможно не задаться вопросом: то ли это здание? Была «театральная декорация», а появился «сталинский ампир». Именно в его духе был реконструирован фасад Убежища. Тем более что повод существовал: необходимо было избавляться от куполов с крестами, неуместными оказывались и башенки со шпилями. Требовало переоборудования и помещение церкви, в котором разместился концертный зал. Остается неизвестным, правда, кто являлся автором этой реконструкции.

Савинский корпус. Фото 1946 года