На гвардейской «Щ-309»

Заговорили орудия кораблей и береговых батарей. Самолеты с черными крестами, с ревом выскальзывавшие из-за облаков, распластались на небе. Протяжный и неприятный свист падающих бомб обрывался оглушительным взрывом. Бомбы рвались рядом, фонтаны воды и грязи обливали людей. Фашистские стервятники рвались к крупным боевым кораблям и подводным лодкам, но огненная завеса заставляла их выходить из пике раньше срока и беспорядочно сбрасывать бомбы. Пулеметчик «Дельфина» матрос Федор Коробко бил короткими очередями. Бил четко и уверенно. Он открывал огонь только тогда, когда вражеский самолет входил в пике. В этот миг Коробко как бы сливался с пулеметом. Его «максим» действовал безотказно. Когда осколком бомбы пулеметчика ранило в ногу, он продолжал вести огонь.

Командир носового орудия старшина 2-й статьи Аршинов посылал снаряд за снарядом во врага, и его уверенность передавалась всему расчету орудия. Изредка слышались короткие приказания: «снарядов», и подносчик снарядов матрос Виктор Осипов работал еще быстрее. Один из бомбардировщиков пошел в пике на лодку. Еще мгновение, и полетят бомбы…

Орудие «говорило» все чаще и чаще. Коробко стрелял уже длинными очередями. Соседние корабли помогали «Щ-309» ставить огневую завесу. Очередной залп, и стервятник, круто сорвавшись, перевернулся и, сделав свое последнее пике, рухнул в воду. Воды гавани приняли еще одного воздушного пирата. Однако отдельным фашистским самолетам удалось прорваться и нанести повреждения городу, порту, Морскому заводу и некоторым кораблям.

Войска Ленинградского фронта, защищавшие город — колыбель пролетарской революции, нуждались в подкреплении. Краснознаменный Балтийский флот создавал отряды моряков для боев на суше. С подводной лодки «Щ-309» на сухопутный фронт ушел матрос Иван Краев, который геройски погиб в боях за город Ленина.

ПОИСК ВРАГА

26 сентября 1941 года между островом Борнгольм и шведским берегом, а затем западнее острова Готланд была обнаружена германская эскадра в составе линкоров «Тирпиц» и «Адмирал Щеер», легких крейсеров «Нюрнберг» и «Кельн», четырех сторожевых и шести торпедных катеров. Чтобы не дать им прорваться в восточную часть Финского залива для нападения на Кронштадт и Ленинград, на позиции были высланы подводные лодки. Получила приказ о выходе в море и «Щ-309».

В 21 час 55 минут 27 сентября лодка вышла из Кронштадта на позицию между островами Виргины — Малый Тютерс. Путь к позиции преграждали многочисленные минные поля, самолеты и корабли противника, осуществлявшие поиск наших подводных лодок. Осенними штормами многие мины были сорваны с якорей и плавали на поверхности моря или в полузатопленном состоянии, подстерегая очередную жертву. Требовалась исключительная бдительность рулевых-сигнальщиков, чтобы ночью избежать встречи с минами.

В один из дней нахождения подводной лодки на позиции произошел такой случай. Когда лодка всплыла в позиционное положение для зарядки аккумуляторной батареи, бушевал осенний шторм. Из-за сильной качки люди едва держались на ногах. Вдруг через горловину нижнего торпедного аппарата, открытую для подкачки воздуха в торпеду, в первый отсек хлынула забортная вода. При каждом ударе волн она врывалась с такой силой, что грозила затопить весь отсек. Находившийся на вахте старший краснофлотец Абрамов бросился к аппарату и перекрыл горловину. Поступление воды прекратилось.

Теперь требовалось устранить повреждение, без чего нельзя было погружаться. Для этого предстояло с риском для жизни проникнуть в носовую надстройку, куда поступала бушующая забортная вода. Первым полез в надстройку старшина 2-й статьи Малявкин. С трудом он открыл первый лаз. Открыть второй не удалось. Тогда в надстройку спустился мичман Фокин. Работать приходилось на ощупь, по горло в воде. Наконец открыв второй лаз, Фокин пробрался к волнорезному щиту, где все пространство было заполнено водой. Мичман увидел, что переднюю крышку торпедного аппарата отжимает надломанный и выгнутый волнорез. С помощью лома Малявкин и Фокин с большим трудом несколько выровняли излом волнореза. Передняя крышка подвинулась к положению закрытия. И хотя неисправность полностью устранена не была, лодка могла плавать в подводном положении.

До 17 октября «Щ-309» искала вражеские корабли и транспорты, но они в районе позиции не появлялись. Когда лодка возвратилась в Кронштадт, ее действия были признаны правильными. Однако экипаж корабля, жаждавший внести свой вклад в дело разгрома фашистских оккупантов, не получил удовлетворения от этого похода. С еще большей настойчивостью и старанием он начал готовиться к очередному боевому походу.

А на Ленинградском фронте обстановка по-прежнему оставалась тяжелой. Доставка боеприпасов и продуктов питания в блокированный город была крайне затруднена. Корабли и транспорты, на которых доставлялись грузы, систематически подвергались ударам авиации и артиллерии противника. Нормы снабжения ленинградцев неуклонно сокращались. Надвигалась зима, но подвозить топливо не было возможности.