На краю пропасти. Экзистенциальный риск и будущее человечества

Не отчаивайтесь. Отчаяние лишает нас сил, затуманивает наш разум и прогоняет всех, кто пытается нам помочь. Отчаяние – это самоисполняющееся пророчество. Хотя риски реальны и значительны, нам не известно ни одного риска, который мы были бы не в состоянии устранить. Только с высоко поднятой головой можно добиться успеха.

Не забывайте о хорошем. Хотя риски – главные трудности, с которыми сталкивается человечество, нельзя, чтобы наша жизнь сводилась только к ним. Нас ведет вперед надежда на будущее. Если ориентироваться на нее, у нас – и у остальных – появится необходимый стимул защищать свое будущее[573].

Что можете сделать вы

В этой главе в основном рассматривались системные вопросы о том, как человечеству в целом преодолеть Пропасть и реализовать свой потенциал. Но среди этих масштабных вопросов и тем у каждого есть шанс сыграть свою роль в защите будущего.

Один из самых надежных способов трудиться на благо мира – делать это в рамках своей профессиональной деятельности. Работая, мы посвящаем около 80 тысяч часов решению некой проблемы, большой или маленькой. Это настолько огромная часть нашей жизни, что если мы сможем посвятить ее одной из самых важных проблем, то внесем колоссальный вклад в общее дело.

Если вы трудитесь в сфере информатики или программирования, возможно, вы сумеете переключиться на работу с экзистенциальным риском, сопряженным с ИИ: например, проводя весьма востребованные исследования контроля ИИ или работая инженером над ИИ-проектом, где риски воспринимаются всерьез[574]. Если ваша сфера – медицина или биология, вы можете помочь с рисками, сопряженными с пандемиями искусственного происхождения. Если вы занимаетесь климатом, то можете расширять наши представления о вероятности и последствиях реализации радикальных климатических сценариев. Если ваша работа связана с политологией или международными отношениями, вы можете налаживать международную кооперацию в сфере экзистенциального риска, обеспечивать будущим поколениям право голоса в демократии или предотвращать войны между великими державами. Если вы работаете в правительстве, то можете помочь защитить будущее, повышая стандарты безопасности и создавая новые технологические регламенты.

Возможности не ограничиваются непосредственной работой с экзистенциальным риском. Ваш вклад может подкреплять усилия тех, кто выполняет непосредственную работу. Сегодня многие безотлагательные задачи связаны не с риском как таковым, а скорее со стратегическим планированием, координацией и выделением грантов. Когда человечество начнет ответственно подходить к защите собственного будущего, важно будет распределять ресурсы между проектами и организациями, формирующими и поддерживающими сообщество исследователей и разрабатывающими стратегию. Важно как можно скорее усовершенствовать структуру и расширить полномочия организаций, работающих с экзистенциальным риском. Многие из них ищут квалифицированных людей, действительно понимающих суть необычной миссии. Если у вас есть какие-либо из этих навыков – например, если у вас есть опыт работы в стратегическом планировании, управлении, регулировании, медиа, операционной сфере или административной поддержке, – вы можете присоединиться к одной из организаций, которые в настоящее время занимаются экзистенциальным риском[575].

Если вы студент, у вас есть замечательная свобода маневра – вы можете направить свою карьеру в такое русло, чтобы десятки тысяч часов вашей работы внесли наибольший вклад в общее дело. Даже если вы уже определились со своей стезей или перешли в магистратуру, сменить направление на удивление легко. Чем дальше вы проходите по карьерному пути, тем труднее становится с него свернуть. Но даже в таком случае сменить род занятий порой бывает целесообразно. Возможно, вы потеряете несколько лет на переподготовку, но это позволит вам посвятить в несколько раз больше лет работе в той сфере, где вы принесете гораздо больше пользы. Я знаю это по собственному опыту. Сначала я изучал информатику, но затем перешел к этике. Позднее, уже работая в сфере этики, я лишь недавно переключился с изучения бедности в различных странах мира на исследование совсем других вопросов, связанных с экзистенциальным риском.