На огневых рубежах. Артиллерия Красной армии в Курской битве

Оказалось, что враг, подавленный огнем артиллерии 11-й гвардейской армии и ударами авиации 1-й воздушной армии, не смог в первый час оказать организованного сопротивления. Но вскоре он оправился от замешательства и стал оказывать уже достаточно упорное сопротивление. Теперь по всему фронту соприкосновения развернулись ожесточенные бои. Несмотря на это, уже спустя час после перехода войск армии в наступление, одиннадцать стрелковых дивизий первого эшелона под прикрытием огневого вала и при массированной поддержке авиации прорвали первую позицию главной полосы вражеской обороны. Это, по сути дела, и явилось сигналом для ввода в бой ПГ – прежде всего танковых бригад с десантом пехоты. Вскоре темпы наступления сразу значительно выросли. К середине первого дня наступления воинские части 8-го и 16-го гвардейских стрелковых корпусов прорвали не менее укрепленную вторую позицию врага.

Гвардии генерал-лейтенант И.Х. Баграмян, наращивая силу удара, ввел в бой на болховском направлении 5-й танковый корпус. Далее вместе с 83-й гвардейской стрелковой дивизией танковый корпус завершил прорыв главной полосы обороны противника и стал уверенно продвигаться ко второй полосе. Как раз к этому времени враг уже полностью пришел в себя и его сопротивление резко возросло. Кроме того, из Жиздры к участку прорыва выдвигался корпусной резерв противника – 5-я танковая дивизия. Тем не менее к исходу первого дня наступления почти во всей полосе наступления войска 11-й гвардейской армии вклинились во вражескую оборону на 8—10 км, а ее танковые бригады подошли ко второй оборонительной полосе противника. Ожесточенные бои не прекратились и ночью.

Оценивая в целом положительно проведенные на участке прорыва массирование артиллерии и артиллерийскую подготовку атаки, надлежит обратить внимание прежде всего на ее продолжительность и плотность огня. На практике продолжительность артиллерийской подготовки стала меньше, так как пристрелка, контроль и тем более запланированная пауза заняли в общей сложности около 1,5 часа. При этом из оставшегося 1 часа 25 минут до 30 % приходилось на огневые налеты[207]. Очевидно также неоправданным стало снижение плотности огня в середине и особенно в конце артиллерийской подготовки, что в целом привело к уменьшению потерь и эффективности подавления живой силы. В результате был нарушен один из принципов о нарастающей мощи огня по ходу артиллерийской подготовки.

Между тем в организации артиллерийской подготовки атаки следует зафиксировать увеличение не только глубины одновременного подавления обороны до 8 км, но и продолжительности последовательных огневых налетов. Выяснилось, что последний огневой налет по батареям на 5 минут перекрывал конец артподготовки всей артиллерии и почти на 10 минут фактическое начало атаки пехоты и танков НПП.

В итоге в операции «Кутузов» 11-я гвардейская армия успешно прорвала оборону врага южнее Сухиничей и, взаимодействуя с войсками 61-й армии генерал-лейтенанта П.А. Белова, а затем с введенными в операцию 11-й армией генерал-лейтенанта И.И. Федюнинского, 4-й танковой армией генерал-лейтенанта танковых войск В.М. Баданова и 2-м гвардейским кавалерийским корпусом гвардии генерал-майора В.В. Крюкова, на фронте 150 км нанесла тяжелое поражение врагу на северном фасе его Орловского выступа[208]. Однако вместо окружения и полного разгрома группировки противника осуществлялось ее медленное вытеснение из Орловского выступа, что позволило германскому командованию перегруппировать войска и в целом организованно отвести из района Орла. Тем не менее, как отмечал английский историк Б.Х. Лиддел Гарт, «перешедшие в контрнаступление русские войска прорвали фронт немцев севернее Орла, что вызвало кризис всей системы обороны немцев… Такая стратегия русских привела к общему параличу германской военной машины»[209].

2.3. Белгородско-Харьковская наступательная операция «Полководец Румянцев» (3—23 августа)

Белгородско-харьковский плацдарм обороняла 4-я танковая армия (командующий – генерал-полковник Г. Гот) и оперативная группа «Кемпф» (командующий – генерал танковых войск В. Кемпф, с 16 августа – генерал пехоты О. Вёлер). В их составе насчитывалось 18 дивизий, в том числе 4 танковые. Здесь противник создал 7 оборонительных рубежей общей глубиной до 90 км, а также обвод вокруг Белгорода и 2 – вокруг Харькова[210]. Тактическая зона обороны была по своей структуре такой же, как и на орловском плацдарме.

Замысел Ставки ВГК заключался в том, чтобы мощными ударами войск смежных крыльев Воронежского и Степного фронтов рассечь противостоявшую группировку противника на две части, в последующем глубоко охватить ее в районе Харькова и во взаимодействии с 57-й армией Юго-Западного фронта уничтожить[211].