Читаем На службе россии полностью

Далекие предшественники замученного в концлагере Юрия Галанскова... Имена их останутся неизвестными. Имевшаяся у них литература - достояние Лубянки (кстати, никакой Программы НТС в те времена еще не существует; в своем сообщении московское радио переусердствовало). Известие о гибели восьми больно ударяет, разумеется, по организации {См. 2-е приложение к этой главе}.

Должны ли жертвы и кровь остановить борьбу? Вопрос этот ставился в конце тридцатых годов; ставится он еще и в наши дни. На это НТС дает все тот же ответ: прекращение борьбы не останавливает гибель лучших русских людей в тюрьмах и лагерях; прекращение борьбы может лишь продлить существование антинародной власти, каждый год которой несет России новые жертвы.

С весны 1938 года в Варшавской школе начинается длительная и упорная подготовка новых кандидатов на переход в Россию. Несмотря на понесенные жертвы, прилив новых добровольцев так велик, что многих приходится временно отстранять, призывать к выжиданию и терпению. Подготовка поручена вернувшемуся из России Г.Околовичу. В августе 1939 года готовы четыре группы. Идут "туда".

Две группы успешно переходят границу. В первой - В. Дурново, А. Колков (вторично) и С. Леушин. Во второй - А. Чупрунов (вторично), В. Бабкин, Н. Рышков. Третью при переходе настигает патруль. Происходит бой. М. Бржестовский отступает в Польшу, П. Берегулько проходит в страну, ног неизвестно, уцелел ли он. Четвертую постигает кровавая неудача. Один из группы - В. Конява-Фишер - погибает в бою с чинами пограничной охраны. Двое других (М. Ольгский и О. Келлер) пробиваются с боем назад, в Польшу.

Все же приобретенный опыт и тщательная подготовка дают лучший результат. Прошли благополучно границу и внедрились в страну (вопреки бдительности НКВД) шесть членов организации. Процент потерь снижен. Но дальнейший путь через эту границу закрыт: в сентябре 1939 года Польша была разделена между Гитлером и Сталиным.

Работа в иностранном мире

Во второй половине тридцатых годов НТС расширяет свою деятельность и в иностранном мире. Зарождаются пропаганда и дипломатия. Там, где дело ограничивается информацией и разоблачением советской дезинформации, следует все дело свести к области пропаганды. Там, где сношения с иностранцами связаны с каким-то конкретным делом, там иногда зарождается дипломатия.

Пропаганда в иностранном мире... Любимое и обычно малоэффективное занятие представителей старшего поколения и лиц, недавно прибывших из СССР. Правители западных государств прекрасно осведомлены, помимо всяких эмигрантских нравоучений, о положении в СССР; закрывают на это глаза. Всем памятна формулировка английского премьера Ллойд-Джорджа: "торговать можно и с людоедами"... На дело пропаганды в иностранном мире руководство НТСНП идет неохотно. Уделяет этому мало времени и сил.

Полностью забрасывать это дело, однако, нельзя. Международное общественное мнение оказывает на Западе известное влияние на власть имущих и его, следовательно, надо держать в курсе. К тому же пропаганда в иностранном мире дает Союзу возможность приобретать друзей, завязывать связи...

Один из первых пробных шагов... В начале 1937 года Исполнительное бюро НТСНП выпускает "Обращение к народам и правительствам всего мира". Оно разослано в редакции сотен газет ряда стран; воспроизводит его лишь несколько десятков печатных органов и одна или две радиостанции. Исполнительное бюро подводит итог:

"Этот эпизод еще раз показал нам, насколько слаба солидарность национальных сил мира, как узки и близоруки их устремления и как одиноко русское Зарубежье".

1938 год: дело организации иностранной пропаганды берет в свои руки отдел НТСНП во Франции. Сначала отдельные акции: печатание статей в изданиях на французском языке, открытые выступления. Так, например, 21 января 1938 года один и возглавителей НТСНП во Франции (А. П. Столыпин) выступает в Женеве с докладом. Присутствуют члены дипломатического корпуса и журналисты ряда европейских стран... Затем дело принимает организованные формы. 4 февраля того же 1938 года в Париже зарегистрировано французское "Общество друзей Национальной России". В правлении общества - бывшие министры, сенаторы, генералы Вейган и Нисель. Общество выпускает брошюры, касающиеся положения в России, устраивает публичные собрания. Далее дело не идет; до помощи работе в России не доходит.

Дипломатия... В Польше она (как мы уже упоминали) приводит к конкретным результатам: к помощи работе на Россию. В Польше находятся военные и гражданские влиятельные лица, связанные с подлинной Россией и искренно стремящиеся к освобождения нашего народа (офицеры, ранее служившие в русской императорской армии). Эти благоприятные условия - исключение.

Есть, однако, и другие попытки, относящиеся к области дипломатии. Некоторые могли бы привести к конкретному сотрудничеству. Вот два примера.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика