На службе россии

Гражданская война в Испании. Русские эмигранты-добровольцы в войсках генерала Франко. Без пользы для русского дела как такового. Другие русские эмигранты - в рядах испанских "республиканцев" (поощряемых из Москвы). Идеализировать их - еще меньше причин. Бежав после победы Франко во Францию, они примыкают к коммунистическому подполью. Будут в 1944-45 годах помогать чинам "СМЕРШа" (прибывшим из СССР) вылавливать в парижских квартирах "предателей родины", т.е. новых эмигрантов.

Для Союза не подходит ни тот, ни другой путь. Но, по доходящим слухам, в Испании высадились, в поддержку "республиканцам", русские боевые части. Надо действовать, войти с ними в контакт, объяснить этим русским людям, что творится за рубежами России. Отдел НТСНП во Франции разрабатывает план: посылка нескольких членов Союза в Испанию, организация пропаганды при помощи листовок, громкоговорителей, личных встреч...

Длительные переговоры с парижскими представителями правительства Франко. Те долго не понимают: зачем браться за такое дело, ведь все советские люди - большевики. Наконец, соглашаются. Для работы в Испании выбрано два опытных союзных работника (С. Рождественский и Н. Мельников). Перед самым отъездом дело срывается. Оказывается, русских рядовых частей в Испании нет (есть только военные советники и чекисты). Если бы такие части были, то расчет мог бы оказаться правильным: среди офицеров и солдат нашлись бы люди, готовые включиться в борьбу за освобождение родины.

Попытка Союза в Испании наивна и не реальна - но это все-таки указание на будущее. По такому же "третьему пути" (помощь русским солдатам, оказавшимся на чужбине, стремление включить из в дело освобождения России) Союз пойдет и во время советско-финской войны, и, в полной мере, во время второй мировой войны.

Испанские события побудили В. Байдалакова, председателя НТСНП, написать следующие строки: "Когда бывшие белые бойцы комплектуют красные легионы в Испании, когда кругом мы видим столько попыток подыскать хоть какую-нибудь формулировку для прикрытия капитуляции (Джугашвили-де делает русское дело), а в другом лагере наблюдаем психологию чуть не прошлого века... тогда становится ясно, что нет тут той живой воды и одухотворенного стремления, которым дано совершить наше национальное возрождение" ("За Россию", апрель, 1937 год).

Второй случай касается Венгрии. Август 1939 года - самый канун второй мировой войны. Один из руководителей отдела НТСНП во Франции (А. П. Столыпин) едет в Будапешт. Ведет переговоры с властями об установлении в укромной венгерской деревушке радиостанции. Переговоры успешны. Уже маячит на горизонте прообраз будущей радиостанции "Свободная Россия". Вторая мировая война сводит на нет эту попытку... Но окажется, что к войне НТСНП вооружен больше, чем этого можно было бы ожидать в эмигрантских условиях. Руководство готовит к грядущим испытаниям кадры {См. 3-е и 4-е приложения к этой главе}.

ПРИЛОЖЕНИЯ К ТРЕТЬЕЙ ГЛАВЕ

Первое приложение

О поездке совместно с Г. Околовичем по России А. Колков написал:

"Признаться откровенно, немного беспокоила мысль о первой встрече с чинами НКВД...

Особенно тревожила эта мысль в связи с тема, что, переходя границу, мы с товарищем не могли не оставить своих следов на "вспаханной полосе". Конечно, пограничные власти знали, что "нарушители границы" прошли благополучно все охранения. Теперь оставался последний шаг - выйти "в свет" после четырехночного перехода. Предполагал, что будет первое испытание моему паспорту и другим документам.

Ранним утром, еще чуть брезжил свет, мы входили в Минск с противоположной от границы стороны. Ожидали заставы. Таковой не оказалось. И вот два члена Союза проходят первый раз по улицам города своей родины. Жадно вглядываюсь в каждую мелочь. В голове вихри мыслей. Забота и опасность, а нет тревоги. Ноги проваливаются в щели деревянных тротуаров. По бокам маленькие деревянные домики. В темноте раннего утра их ясно не разглядишь. Но от всего веет серостью и убогостью. Вокзал... Кучи серых тел на полу. Молчаливая и такая же серая группа перед зданием.

Невольно в мыслях проскальзывает сомнение. Ведь не так давно перед глазами был уютный Белград, веселый и светлый. Недавно промелькнула Варшава, вся в огнях и движении. Четыре дня тому назад видел Вильну... а теперь Минск. В голове мелькает мысль: Боже, до чего доведена страна и наш народ! Ведь надо особое умение, чтобы довести до такой нищеты и серости!

Светится окошечко билетной кассы. В зале еще полумрак. Около окошечка длинная очередь. Становимся: надо ехать дальше. Приближаемся к кассе. Рядом с окошечком чин НКВД. Наблюдаю за ним...