Читаем На службе россии полностью

– либо путем открытых столкновений народа с карательными органами власти, переходящих во всеобщее восстание;

– либо, что вероятнее всего, в результате взаимодействия этих путей”.

В дальнейшем НТС, отвергая догматизм в стратегии и тактике, ведет борьбу по всем направлениям освободительного действия, последовательно стремясь к генеральной цели – к устранению коммунистической диктатуры, что составляет политическую сущность народно-освободительной революции.

Независимая общественность

Широкое развитие действий независимой, оппозиционной общественности проявляется в активности отдельных лиц, групп или рыхлых полуорганизаций, сознательно, по тактическим соображениям, избегающих полного организационного оформления и, особенно, политических целепостановок.

Собственно, единственной политической организацией, возникшей в стране, оказался Всероссийский социал-христианский союз освобождения народа (ВСХСОН), разгромленный в конце шестидесятых годов, вскоре после возникновения. Власти удалось на годы замолчать сущность и судьбу организации, и невольным помощником тут стала та линия связи ВСХСОН с зарубежьем, которая долго держала под спудом его программу, чтобы “не повредить делу и людям”. Но именно это повредило репутации союза, поскольку по слухам он многим представлялся в виде боевой группы “голого активизма”. Лишь в 1975 году за рубежом были опубликованы книгой полные материалы о нем (“ВСХСОН”, ИМКА-Пресс, Париж).

Созданное в 1966 году Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры (ВОО-ПИК), первоначально в качестве вольно-общественного начинания, постепенно было “освоено” партчиновинками и стало ареной “позиционной войны” между любителями старины и административными бюрократами.

Из крупных личностей, оказавших большое влияние на развитие общественных процессов в стране, нужно особенно отметить, во-первых, писателя А. И. Солженицына – властителя дум российского национально-патриотического фланга, во-вторых, ученого А. Д. Сахарова – глашатая либерально-демократических идей. Оба – лауреаты Нобелевских премий, и мировой авторитет их не позволил властям расправиться с ними по всей строгости постоянно расширяемого советского Уголовного кодекса. В конечном счете Солженицын был выслан за границу (февраль 1974 г.), Сахаров отправлен в ссылку в Горький (январь 1980 г.).

Меморандум Сахарова “Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе”, датированный июнем 1968 года, в июле поступил в редакцию “Посева”, рецензирован в августовском номере журнала и в том же августе издан брошюрой, в частности, для отправки в страну в качестве “тамиздата”. Сахаров в нем, как и в других его первых обращениях, адресуется, в первую очередь, “к руководству нашей страны”, резюмируя свои “надежды” и “конкретные предложения” по решению кардинальных проблем современности.

Материал получил известность в стране, и уже в январе 1969 года “Посев” опубликовал один из откликов – пространное письмо “представителей технической интеллигенции Эстонской ССР” под выразительным заглавием “Надеяться или действовать?”. Письмо заканчивалось призывом “к ведущим умам нашего общества”: “Дайте нам программу действия, если наши просьбы и надежды окажутся напрасными!”.

Личностями широкого массового влияния были поэты-песенники Б. Окуджава, А. Галич, В. Высоцкий, но также редактор либерального журнала “Новый мир” А. Твардовский, типичный представитель ревизионистского крыла партийного лагеря. В 1970 году административным вмешательством в редакции журнала были произведены перемены, из-за которых Твардовский ушел, а в конце 1971 года он скончался.

Многие частные лица и группы писали письма, заявления, обращения, протесты по поводу разного рода несовершенств общественного порядка, несправедливостей бюрократического правления, репрессивности законов и незаконности репрессий; эти письма посылались в те или иные советские органы, в зарубежную иностранную и эмигрантскую печать, политическим, общественным и культурным деятелям заграницы, редакциям радиовещания, а параллельно публиковались в самиздате и перенимались тамиздатом. Под них собирали подписи, и многие “инакомыслящие” (или “диссиденты”) получили известность не только как инициаторы протестов, но и как участники коллективных заявлений, в поддержку их подписывающие (“подписать!”).

Состоялось множество политических судебных процессов. Например, процесс крымских татар, добивающихся права возвращения из сталинской ссылки на родную землю в Крым (Ташкент, июль 1969 г.); в их защиту выступал генерал П. Григоренко, сам потом попавший под суд. Повторный процесс В. Буковского (январь 1972 г.), с обвинением, среди прочего, в связях с НТС. Процесс П. Якира и В. Красина (август 1973 г.), опять с обвинением в связях с НТС…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика