На службе россии

Истекшее десятилетие было напряженным, а время выводило из строя лучших соратников. В 1972 году в советском концлагере был умучен и скончался Юрий Галансков, член Руководящего круга НТС. В 1977 году в Париже, при невыясненных обстоятельствах, скоропостижно скончался А. А. Галич, в первые же месяцы эмиграции вступивший в НТС ради продолжения борьбы (“Я покинул родину, но не покинул позицию борьбы за свободу родины; я выехал по политическим причинам и прибыл в свободный мир, чтобы вести политическую борьбу”, – заявил он). В 1979 году умер Б. Д. Евдокимов, выпушенный из заключения за пять месяцев до смерти, уже неизлечимо больным; но “каждый арест, каждая смерть только укрепляют наш дух, чувство солидарности, волю к борьбе и веру в победу”, – говорилось в открытом письме его сына Ростислава. В 1980 году, в возрасте 78 лет, скончался Г. С. Околович, долголетний член Совета НТС, бывший председатель Исполнительного бюро, один из крупнейших руководителей Союза, в самое суровое время, в 1938 году, совершивший героический поход через границу в Россию.

Мобилизация международной общественности

Достоверной информацией об общественных процессах в нашей стране, собственным примером и идейностью, убеждением в неделимости свободы Союзу удалось мобилизовать на участие в освободительной борьбе нашего народа различные силы в международной общественности, в первую очередь молодежь, жаждущую мира и свободы.

“Для современного человечества мир так же неделим, как неделима свобода”, – так начиналась резолюция Совета НТС “О мире” в сентябре 1973 года.

Еще в 1968 году образовались демократические организации молодежи в нескольких странах Европы: Норвежский комитет СМОГ, Фламандский комитет солидарности с народами Восточной Европы, Британская организация “Черч”, Итальянская организация “Эуропа чивильта”. Члены этих молодежных организаций, помимо демонстраций и других пропагандных акций в Западной Европе, провели несколько манифестаций в нашей стране в защиту репрессированных и в защиту гражданских прав и свобод.

Уже в 1968 году молодые британцы Джон Каревелл, Вивиан Бротон и Джанет Хаммонд раздают в Москве листовки с требованием освободить Галанскова, Гинзбурга, Синявского, Даниэля, Буковского, а фламандец Роже де Бие, независимо от них, помимо раздачи листовок с аналогичными требованиями, отправил несколько петиций своих соотечественников в защиту арестованных в Президиум Верховного совета СССР.

В 1969 году скандинавские студенты Харальд Бристоль и Елизабет Ли раздавали листовки в защиту арестованного генерала Григоренко, приковав себя наручниками к решетке лестницы в московском ГУМе.

В 1970 году фламандец Виктор вал Брантегем, итальянцы Вальтенио Такки и Тереза Маринуцци в Москве, а норвежец Гуннар Йенгсет в Ленинграде демонстрировали и раздавали листовки в защиту Галанскова, Григоренко и других политзаключенных. Их судили, но вскоре потом выслали из СССР.

В 1976 году норвежец Бернт Эйдсвиг распространял в Москве листовки против коммунистической диктатуры и против фальсификации выборов в советские органы власти. Он был арестован, судим и заключен в тюрьму, но через несколько месяцев выслан, под давлением иностранной общественности.

В 1977 году в Ленинграде судили и отправили в концлагерь фламандца Антона Пейпе за массовое распространение листовок. После полугода заключения, с момента ареста, его выслали по категорическому требованию бельгийского правительства. В том же году француз Жан-Жак Поли распространяв листовки в Тбилиси (на грузинском языке); он был выслан сразу после ареста, во избежание “лишнего шума за границей”, а по официальной формулировке “в интересах развития советско-французских отношений”.

Создавшаяся осведомленность иностранной демократической общественности в делах нашей страны повели к самостоятельной активности различных западных организаций и групп. Так, Французское отделение международного писательского Пен-клуба стало принимать в свои члены репрессированных или отвергнутых властью советских писателей. Французская организация “Ар э прогре” (“Искусство и прогресс”) успешно провела кампанию за присуждение Нобелевской премии 1970 года по литературе Солженицыну; ученые разных стран добились присуждения Нобелевской премии мира в 1975 году Сахарову.

С другой стороны, прямые контакты НТС с иностранными дипломатами в конечном счете приводили к облегчению участи заключенных, к их освобождению, даже, в частности, к обмену “диссидента” на арестованного коммуниста в западном мире {Имеется в виду операция по обмену В. Буковского на Л. Карвалана, о чем было написано в “Посеве”, № 3, 1995 г. – Прим. эл. ред.}.

Приток в эмиграцию участников демократического движения в СССР снял с НТС ряд задач, позволив сосредоточиться на своей специфике.

Новые задачи