На степной границе. Оборона «крымской украины» Русского государства в первой половине XVI столетия

Напуганный этими нападениями, крымский хан «полонянников отпустил на окуп всех, которых поймал на бою, когда бился с Иваном Шереметевым», а в Москву прислал гонца с грамотой, «а писал царь Девлет-Гирей ко царю и великому князю, что он уже все недобрые дела оставил, и царь бы и великий князь с ним помирился крепко». В январе 1557 г. в Крым отправился ответный московский посол, Иван IV обещал хану прислать «добрых послов»[295].

Впрочем, в Москве привыкли не очень верить миролюбивым заверениям крымского хана. «Воеводы по украинным городам на первый срок» были поставлены в Пронске, Михайлове, Дедилове, Мценске, «на Нугри», в Карачеве, Рыльске, Путивле, Новгороде-Северском, Стародубе, Почепе, а «на берег» реки Оки опять выдвинулось 5 полков (в Коломну, Каширу, Тарусу). Кроме того, «из украинских городов стояли воеводы на поле», «на усть Ливен», «на усть Ельца», «в Курске»[296]. Но Девлет-Гирею было пока не до похода на «украину». Он пытался сначала ликвидировать опасность со стороны Днепра и с большим войском двинулся на «город» князя Дмитрия Вишневецкого. Однако этот поход закончился для крымцев полной неудачей. В мае 1557 г. «прислал с Днепра князь Дмитрий Вишневецкий казаков, Дениска Малова с товарищи, путивльцев, а писал к государю, что царь крымский Девлет-Гирей и с сыном своим и со всеми людьми крымскими приходил под его город на Хортицкий остров, и приступал двадцать четыре дня» (но другим сведениям — 20 дней). Однако князь Вишневецкий «от царя отбился и побил у царя многих людей лучших, и пошел царь от него с великим срамом». Весьма интересны заключительные слова грамоты Вишневецкого, которые характеризуют значение «города» на острове Хортица для обороны всей «крымской украины»: «Докуда в том городе люди будут царским и великого князя именем, крымцам на войну ходить никуда нельзя»![297] Летний поход крымского хана на «украину» так и не состоялся, хотя сведения о его подготовке поступали в Москву и с Днепра, и из Путивля, и правительство даже послало в июле Ивана Плещеева «суда в Серпухове на перевозе делать для государева для похода»[298].

Для того чтобы удержать передовую крепость на Днепре, подвергавшуюся постоянному военному давлению со стороны Крымского ханства, необходимо было посылать князю Вишневецкому подкрепления, оружие, продовольствие — «город» на Хортице представлял собой лишь небольшой островок, окруженный со всех сторон враждебными татарскими кочевьями. Иван IV, занятый подготовкой к Ливонской войне, не имел возможности итого делать. Определенную роль, видимо, играли и дипломатические соображения. Утверждение русских на Днепре вызывало недовольство польского короля, могло осложнить и без того нелегкие переговоры о «вечном мире» и союзе против Крыма. Поэтому форпост русской оборонительной линии на Днепре пришлось оставить. В октябре 1557 г. «писал из Черкас да из Канева к царю и великому князю князь Дмитрий Иванович Вишневецкий, что он с Днепра с Хортицкого острова пошел, потому что корму не стало у него, и казаки от пего разошлись, а царь крымский пошел на его город да турецкого султана люди многие в судах. И он не сел в городе в осаду, а придя, засел в Черкасах и Каневе», крепостях на правом берегу Днепра, принадлежавших польскому королю. Князь Вишневецкий запрашивал указаний правительства о дальнейших действиях: «Государь как велит?» В ответ Иван IV «велел ехать к себе, а от Черкас и Канева велел отступиться, потому что царь и великий князь с королем в перемирие». Заслуги князя Вишневецкого были высоко оценены. Когда оп в ноябре приехал в Москву, «государь его пожаловал великим своим жалованием и дал ему в вотчину город Белев со всеми волостями и селами, и в иных городах села государь ему дал, и великими жалованиями устроил»[299].

Оставив крепость на острове Хортица, правительство Ивана IV совершило, видимо, ошибку. На исход мирных переговоров с польским королем этот миролюбивый жест Москвы не оказал существенного влияния: переговоры, как указывалось выше, закончились неудачен. Ликвидация же русской крепости на Днепре, в непосредственной близости от «крымских кочевищ», развязала руки Девлет-Гирею. Крымские нападения на «украину» участились, а сил для ее защиты имелось значительно меньше: в ноябре 1557 г. Иван IV уже большинство своих воевод «отпустил ратью на магистра Ливонского и на всю землю Ливонскую». И все-таки московское правительство, чтобы предупредить крымские набеги, снова послало войско на Днепр, под «крымские улусы». И снова действия воевод «в поле» оказались более эффективными, чем простая оборона «украины» воеводами пограничных крепостей. Основной удар наносился, как и прежде, со стороны Днепра, куда весной 1558 г. был отправлен князь Вишневецкий. Подробный рассказ об этом походе содержится в Лебедевской летописи.