Наикратчайшая история Греции. От мифов к современным реалиям

Ребетика появилась в стране благодаря репатриантам, прибывшим из портов Анатолийского побережья. Как и они сами, эта музыка была наследницей греческих, турецких и ближневосточных традиций. Характерное звучание ей придавали шестиструнный бузуки, инструмент типа лютни, и меньшего размера баглама, которую легко было спрятать в брючине, если вдруг нагрянет полиция.

Ребетика быстро стала музыкой оппозиции, сначала в среде репатриантов, а потом и в целом. Один из пирейских исполнителей с удовольствием вспоминал: «Каждый вечер творился просто сумасшедший дом… кого только здесь не перебывало. Аристократы из высшего общества, мангасы [полууголовная публика], уличные мальчишки развлекались до самого утра».

Слышишь, тренькает баглама,Так зайдем в таверну мы.

А когда мы там покурим,Будем очень осторожны.А когда мы там напьемся,Будем очень осторожны.Если нас там вдруг увидят,

Сразу схватят, сразу схватят,И без всяких лишних слов,В тюрьму бросят, в тюрьму бросят.Гиоргос Мицакис

Естественно, такой стиль был совсем не по вкусу Метаксасу и его режиму. Его считали нечистым, негреческим и провоцирующим на беспорядки. Были даже запрещены все граммофонные записи — просто так, на всякий случай.

К 1960-м гг. ребетика вышла из подполья, и репертуар стал более жизнеутверждающим, но эта музыка затем была снова запрещена военно-политической хунтой 1970-х гг., в результате чего в ней опять зазвучали протестные мотивы и начала ощущаться аура полусвета.

«Охи»

Почти все греки считали, что стране не нужно ввязываться в войну, которую, казалось, горели желанием начать другие фашистские режимы Европы. Вдоль границы с Болгарией генерал выстроил линию Метаксаса: систему пограничных укреплений и прочих оборонительных сооружений для защиты от возможного вторжения. Это был греческий вариант французской линии Мажино (и столь же бесполезный).

4 апреля 1939 г. Муссолини аннексировал Албанию. Утром 28 октября 1940 г. Метаксас, проснувшись, увидел у своей постели посла Италии, Эммануэле Грацци, который привез требование, чтобы Греция отдала его стране важнейшие стратегические точки, иначе ей грозит вторжение. На французском, языке дипломатов, Метаксас на этот ультиматум ответил: Non

(«нет»).

На следующий день, 29 октября, Метаксас неожиданно для себя сделался героем. День «Охи» (Επέτειος του «‘Οχι», годовщина «Нет») до сих пор отмечается как национальный праздник.

Вторая мировая война(1941–1945)

Свастика над Парфеноном

Из Албании армия Муссолини двинулась на юг. Для греков настал подходящий момент, чтобы объединиться. Всю зиму 1940/41 г. Греция была сплочена как никогда: тогда державам оси противостояли лишь она и Великобритания. Даже офицеры, бывшие когда-то сторонниками Венизелоса, рвались на фронт хотя бы рядовыми. Весь мир с изумлением наблюдал, как итальянцев сначала остановили, а потом и загнали обратно в Албанию.

Британия предоставила небольшую поддержку авиацией, но предложение Черчилля о посылке сухопутных частей Метаксас отклонил. Он всеми силами старался не допустить втягивания страны в войну и не делал ничего, что могло бы спровоцировать Гитлера. К январю, погибая от рака горла, он уже понимал, что проиграл: Германия волей-неволей должна была прийти на помощь бесполезному союзнику, потому что нельзя было наступать на СССР, оставив свой южный фланг совсем без защиты.