Наикратчайшая история Китая. От древних династий к современной супердержаве

Ремесленники добились больших успехов в изготовлении лаковых изделий и резьбе по нефриту, начав использовать железные инструменты и дисковые сверла. Гончары использовали глазурь для изображения сцен из мифов и из повседневной жизни. Художники писали портреты и создавали скульптуры, в том числе отлитые из бронзы. Похоронные обряды становились все более замысловатыми. Самых богатых людей могли хоронить в костюмах, сделанных из тысяч прямоугольных кусочков нефрита, скрепленных золотой или серебряной проволокой. Даже и в могилы простолюдинов клали предметы, которые могли понадобиться им в загробной жизни, включая неглазурованные глиняные фигурки домов.

Эта похоронная фигурка эпохи Хань – ранний образчик архитектуры дома с внутренним двориком, которая продолжала развиваться с региональными вариациями вплоть до XXI в.

Дома строили вокруг центрального внутреннего двора. Чем богаче была семья, тем больше у нее было связывающих дома внутренних дворов. В таких домах могли жить несколько поколений одной большой семьи. Женщины, которым не нужно было работать, должны были сидеть дома: уже тогда использовалось выражение «находящаяся внутри», нэйжэн

ь 内人, то есть «жена».

Женщине по имени Бань Чжао (ок. 45–117), помогавшей своему брату работать над историей Западной Хань, император поручил закончить эту работу после смерти брата в 92 году. Она стала первой в Китае женщиной-историком, и ее вклад в историю, включая рассказ о семье первого императора по материнской линии, был высоко оценен. Однако она не была первой феминисткой: ее весомая работа «Руководство для женщин» призывала женщин беречь целомудрие, «не утомлять других долгими беседами» и посвящать себя шитью, приготовлению пищи и прочим «женским занятиям». «Руководство для женщин» помогло превратить высказанные в «Аналектах» абстрактные идеи о месте женщины в кодекс поведения, который со временем становился все более строгим [8].

Волнения при дворе

Ко времени заката династии Хань конфликт между образованными чиновниками и придворными евнухами обострился. Хотя первые иногда вступали в соглашательские альянсы с евнухами, большинство из них считали кастратов отвратительными, поскольку те дважды оскорбили конфуцианскую добродетель сыновней благодарности: покалечили данные им родителями тела и лишили себя возможности продолжить род.

Евнухи обогащались, продавая официальные должности, и это подрывало систему, позволявшую образованным людям выдвинуться благодаря своим заслугам. Иногда евнухи даже лишали ученых людей должностей, чтобы продать их места другим. Командующие ханьской армией тоже негодовали на евнухов, так как те поступали точно так же и с военными. Ученые и военные не смогли объединиться для общего дела, и политический уклад пришел в полный упадок, а за ним прогнил и общественный строй[33].

В поздние годы Хань богатые землевладельцы безнаказанно эксплуатировали крестьянский труд[34]

. Наводнения и голод усугубили общую нищету, и по всей империи стали вспыхивать массовые восстания, в том числе и то, которое возглавили даосские целители – восстание Желтых повязок (184–185). Евнухи убили командующего армией и выставили его голову на воротах окруженной стеной столицы; армия ответила на это массовой резней евнухов. Началась анархия, стали возникать независимые царства; Хань утратила контроль над большей частью своей империи, включая большинство территорий к югу от Янцзы. Военный, политик и поэт Цао Цао (155–220), усыновленный внук евнуха, описывает тяжкие последствия для народа в стихотворении «Кладбищенская песнь» [9]:

Сотни тысячбезвременно с жизнью расстались.Побелевшие костина лугах омывает роса.В опустевших селеньях

теперь не услышишь ни звука,лишь один уцелевшийедва ли остался из ста…Я о том вспоминаюс такою душевною мукой![35]

В китайском языке есть поговорка, служащая эквивалентом выражения «легок на помине»: «скажи Цао Цао, и Цао Цао придет». Тринадцатый император, Сянь-ди, сел на трон в возрасте восьми лет. Он оказался пешкой в борьбе за власть, и его похищал то один, то другой военачальник. В 192 году ему едва удалось сбежать от особенно жестокого тюремщика, неотступно его преследовавшего. Он уже собирался послать призыв о помощи Цао Цао; едва посланник оседлал коня, как подошли войска Цао Цао и спасли положение.

Император стал благодарной марионеткой в руках Цао Цао, и тот поставил перед собой задачу вновь объединить расколотую империю Хань. К 200 году, победив последних соперников Хань на севере, он повел огромную армию на юг, где произойдет самая легендарная битва в китайской истории – битва у Красной Скалы.

5

Великий разлад

Три царства, две женщины-воительницы, семь мудрецов и порошок из пяти минералов