Наша музыка. Полная история русского рока, рассказанная им самим

А в тот раз мы отыграли «Нашествие» и поехали в клуб «Бункер». У нас был концерт, и в этот же день у Лехи Микшера был день рождения. Мы пили водку из горла прямо на сцене, а потом в момент соло я залез на плечи Пуза, и Пузо держал меня, а я играл соло… Было круто.

Спустя год, в 2001-м, уже на следующем «Нашествии» к группе «Ленинград» присоединился Гарик Сукачев. Причем самые нецензурные строки он выпевал с особенным удовольствием.

Сергей Шнуров: С Гариком я впервые пересекся на его концерте. Я тогда принес ему кассету, по-моему, даже еще не совсем готовую, а рабочее сведение. Это был альбом «Дачники», я отдал ему, и Гарик стал, наверное, одним из первых слушателей этой пластинки.

Сукачева особо зацепила песня «Все это рейв», ее он тогда на «Нашествии» и спел. Шнур в рейве толк знал, ходил на гигантские питерские техно-фестивали, типа «Восточного удара», а вот в Берлин на «Love Parad» не ездил — по вполне прозаической причине.

Сергей Шнуров: 

У меня паспорта не было. В гражданском кончилась фотография, а без гражданского заграничный не давали. За границу я поехать не мог, так что во всякие там Белоруссии и Финляндии группа ездила без меня. Пел Пузо. Да, во время первых заграничных гастролей группы «Ленинград» в ней пел не я, а Пузо.

Вот в таком рейверском стиле (слово «rave» переводится еще и как «безумие») группа «Ленинград» и прожила тот год. Да, пожалуй, и несколько последующих. Казалось бы, найденную однажды золотую жилу можно разрабатывать и дальше, но постепенно «Ленинград» менялся.

Уже в 2001 году прямо из студии была украдена кассета с черновыми записями новых вещей — страшных и жестких. Она пошла в народ под названием «Я бухаю, но могу ускориться». Строчка была взята из песни «Мне бы в небо», вошедшей в официальный альбом «Пираты XXI века». Потом будет много всего, шлейф самой скандальной группы страны так и будет тянуться за Сергеем Шнуровым и его коллегами…

Но все это будут уже совсем другие истории…

История продолжается!