Наше всё! Футбольная хрестоматия

Положили меня в общую палату. Там обитал паренек–вратарь на год младше меня. У него вообще все колено накрылось. Еще были вояка, весь переломанный после боевых действий, и какой–то шалопайчик, постоянно травивший байки. В такой веселой компании я уже ни о чем не переживал, насмеялся вдоволь.

Когда после операции меня привезли в палату и я только оклемался от наркоза, мне тут же в руку сунули стакан водки. Вояка уверял, что у них «так положено». Я упорно отказывался, спиртное до этого вообще никогда не употреблял, но бравый офицер сказал: «Надо!» Я подумал, что опытный человек зря советовать не станет. Сделал глоток и понял, что не смогу эту гадость пить. Поморщился, отдал стакан, однако ноге сразу похорошело.

Врачи настоятельно рекомендовали мне лежать. Какое там! Увидев костыли, я в то же мгновение за них ухватился и, абсолютно счастливый, принялся рассекать по всему этажу! Как же, теперь я настоящий футболист, прошел через серьезное испытание. Очень я собой гордился! Страха никакого не было, и глупых мыслей о том, что могут возникнуть осложнения, тоже не проскакивало.

В такие моменты важно навести порядок у себя в голове. Мнительность до добра не доведет. Если начнешь «грузиться», восстановление затянется. Только вот хорохориться тоже не следует. Я же порхал, как бабочка, по всем палатам, в итоге перегрузил ногу и колено вновь отекло. К счастью, обошлось без серьезных последствий, но урок я получил на всю жизнь: важно неукоснительно выполнять все врачебные рекомендации.

* * *

Говорят, что прыгать с парашютом первый раз не очень–то и страшно. Человек просто до конца не осознает, что ему предстоит преодолеть. А вот во второй раз страх наваливается на него всей своей чудовищной массой. Я и сам подмечал: иной раз перешагнешь через какое–то препятствие, а потом удивляешься сам себе — и как хватило сил и терпения?

То же самое касается второй травмы. На ней психологически многие ломаются. Просто уже зная, через какие муки придется пройти, ты не можешь повторно вдохновить себя на подвиги. Лень и боязнь начинают тебя поддушивать, настроение портится, а в подавленном состоянии поправиться нереально.

Я же свою вторую «засечку» толком и не заметил. Я был в самом расцвете, когда на тренировке опять разлетелся мениск. В тот же день мне стали оформлять визу для поездки на лечение в Германию. Плохо было то, что у меня произошла блокада сустава. Колено заклинило, нога не сгибалась и не разгибалась. Кто–то из партнеров по команде присоветовал мне одного чудака: «Пока тебе делают документы, съезди к экстрасенсу. Он даже переломы лечит». Этот чудо–лекарь кричал на мое колено, бил его, тряс, все норовил ногу мне выпрямить. Ну и выпрямил, окончательно мне там все разворотив.

Зато по прибытию в Леверкузен к доктору Пфайфферу у меня возникло впечатление, что я попал в рай. В России за свою карьеру мне довелось встретиться со всеми ведущими хирургами, в том числе и с Архиповым, и с Орлецким. Очень достойные люди! Профессионалы. Просто у нас нет такого оборудования, как за границей. Наверное, поэтому от прошлого отечественного хирургического вмешательства у меня остались неприятные воспоминания: пролежал сутки, у меня брали анализы, долго подготавливали. Потом на каталке повезли, несколько часов резали и штопали, затем опять жидкость откачивали. А здесь единственное условие было: ничего с утра не есть. Проснулся в семь часов сорок минут, меня посадили в машину, минуту везли от гостиницы до клиники. Там меня уже все ждали. Доктор сразу же побрил мне ногу, нарисовал фломастерами точки в тех местах, где нужно было делать отверстия. После этого меня переодели в халатик, надели шапочку, и я сам пошел в операционную. Мне сделали укол в вену, и я отключился. Через сорок минут все было закончено. Минут десять я находился в бреду, затем очнулся, но еще примерно полчаса мое сознание было затуманено. Вскоре все, включая речь, вернулось в норму. В общем, после операции еще не минул час, а я уже встал и пошел. Фантастика! Мне, конечно, дали костыли на всякий случай, но настоятельно просили обойтись без них. Выполнить это предписание было совсем нетрудно: я чувствовал себя как артист! Самостоятельно добрался до машины и через мгновение оказался в гостиничном номере.

На следующий день в восемь часов поступил в распоряжение лучшего в Германии физиотерапевта Чолека и начал с ним заниматься по специально разработанной программе в общей сложности около шести часов в сутки. Чолек готовил целебные мази по собственным рецептам, которые ускоряли процесс лечения. Профессионализм врачей вселял в меня уверенность. Кроме того, меня очень поддерживала жена Вероника — она всегда была рядом и очень за меня переживала. Нам во всем помогал переводчик Степан Марусинец. Постоянно звонили друзья, близкие, партнеры по команде и даже Олег Иванович Романцев с Юрием Владимировичем Заварзиным.

Я полностью был сосредоточен на мысли быстрее вернуться в строй. Вкалывал как проклятый, смотрел футбол по телевизору, анализировал.