Наука сознания. Современная теория субъективного опыта

Бинокулярное соревнование – один из первых инструментов, при помощи которых ученые пытались определить расположение сознания в мозге. Оно до сих пор остается среди самых распространенных[113]. Предположим, вы поместили человека в сканер для магнитно-резонансной томографии (МРТ), чтобы измерить активность мозга, и нашли участочек зрительной коры, нейроны которого избирательно реагируют на Йоду. Может быть, они обрабатывают только зеленые изображения. Если показывать одного лишь мастера, нейроны активируются. Если показывать Дарта Вейдера – умолкают. Теперь предположим, что вы показываете двойное, соревновательное изображение – Йоду одному глазу, Дарта второму – и измеряете активность этих избирательных к зеленому нейронов.

Поскольку мастер Йода все время присутствует в поле зрения правого глаза, нейроны могут быть активны постоянно. Если это так, они, вероятно, связаны не с сознательным восприятием зрительной информации, а с первичной обработкой изображения таким, какое оно предстает глазу. Но предположим, что эти нейроны активируются тогда, когда образ Йоды входит в сознание зрителя, и умолкают, как только тот сообщает, что мастер поблек и в сознание вошел Дарт. В этом случае активность нейронов соответствует осознанию Йоды. Возможно, эти нейроны, активируясь и обрабатывая образ мастера, вызывают у человека его осознание. Очевидно, что тогда должен быть и другой набор нейронов, который, активируясь, вызывает осознание Дарта Вейдера. На первый взгляд эксперимент кажется совершенно логичным.

Такой метод впервые применили в 1990-х гг. при исследованиях мозга обезьян[114], и его все еще используют на человеческом мозге, чтобы определить зоны зрительной системы, которые соответствуют сознанию (а возможно, и порождают его)[115]. Изначально ученые предположили, что корковые зоны внизу иерархии, через которые информация попадает в систему обработки (например, зона V1), будут реагировать на изображения от обоих глаз одинаково устойчиво, никак не указывая на свое отношение к сознанию. Они же выглядят так, будто обрабатывают данные на слишком примитивном уровне, которого бы не хватило для осознания. А вот зоны на верхушке иерархии могли бы реагировать, переключаясь между двумя изображениями, отражая то, как переключается между ними сознание. Эти зоны обрабатывают зрительную информацию более сложным, глубоким, целостным образом, а следовательно, именно в них должно было бы рождаться ее сознательное восприятие. Вот и рубежу следует проходить где-то между этими двумя полюсами. А значит, по мере того как зрительная информация поднимается по иерархическим уровням обработки, делаясь сложнее и глубже, она должна преодолевать порог и входить в сознание.

Но этого простого результата никто не увидел. На самом деле эффекты оказались размазаны по всей зрительной системе[116]. Не только вся кора, но даже более ранние стадии обработки – участки таламуса, соединяющие глаз с корой, – показывают некоторые корреляции с осознанным восприятием[117]. Их активность регулируется между правым и левым глазом по мере того, как человек осознает изображение, поданное на каждый из них. Чем на более высокий уровень корковой иерархии мы смотрим, тем сильнее нейроны коррелируют с осознанным зрительным восприятием, но все-таки кажется, что простой границы между осознанными и неосознанными зонами не существует.

Так и хочется сделать вывод, что сознание постепенно возникает из всей зрительной системы, накапливаясь в ходе того, как информация поднимается выше по уровням обработки. При таком раскладе не существует конкретной точки в мозге, которая порождает сознание. Это свойство всей системы. Может ли такое объяснение оказаться верным или в эксперименте на бинокулярное соревнование, несмотря на его изящество, скрываются концептуальные демоны?

Предположим, наша задача – разобраться в том, как люди видят цвет. В каком-то смысле он подобен сознанию. Мы не считаем, что цвет – это вещество или что он имеет вес, но он существует и может быть приписан предметам в окружающем нас мире. Далее я опишу точку зрения на цвет, которая безусловно неверна, но логика размышлений похожа на ту, которую люди иногда принимают, говоря о сознании.

Представьте, что вы смотрите на яблоко. Традиционный нейробиологический вопрос будет звучать так: “Куда в мозге попадает информация о яблоке, чтобы создать осознаваемый зрительный опыт?” Зададим параллельный вопрос: куда в мозге попадает информация о яблоке, чтобы создать красноту?