Навь и Явь. Тайна за 7 печатями

Давид готов был уже принять удар родной земли на себя, как его решительно остановил высокий рыжеволосый мужчина с широким уверенным лицом и такими же как и у Давида глазами. Азазаль надёжно обхватил его своими руками, и, придерживая, аккуратно поставил обратно на ноги.

– Ну, тебя и угораздило, брат! Что стряслось? Откуда эти раны? – взволнованно произнёс Азазаль, сохраняя при этом врождённую иронию в своём голосе.

– Это был дождь, – с трудом приоткрыл глаза Давид: – Не поверишь! Я спасал людей.

– Ладно, брат, хватит шутить! Спасал себя – вот это больше подойдёт тебе. Может тебя и прозвали Давидом во внешнем мире, но здесь ты – ледяной Борей. Хотя…вот сейчас ты как раз Давид, хрупкий и хилый! Да кто вообще тебе дал это имя! – сознательно провоцировал его Азазаль, чтобы не дать Давиду заснуть. Ему нужно было успеть дотащить его до лазарета.

– Это не просто имя, – попытался возразить Давид, и он, умирая, широко открыл свои тускнеющие глаза: – Это Дайлина…это Дайлина придумала.

– Вот это нет! – быстро запротестовал Азазаль, видя, что Давид уже одной ногой в нави находится: – Вот к ней тебе точно пока не надо! Ты меня понял!

Азазаль крикнул на Давида и нервно принялся выдирать из рукавов своей рубашки запонки, в которых заключались сияющие сферы с белой энергией. Они никак не хотели вытаскиваться.

– Что за..! Да кто так делает эти сферы жизни! – начал терять самоконтроль Азазаль, буквально выскребая сферы из платиновой оправы.

– Эй! Ты только не вздумай мне отключаться! – взволновано скомандовал Азазаль и поднёс сияющую белым светом сферу ко рту Давида: – Глотай! мой дневной запас энергии!

– Так что ты там говорил, про людей? – немного успокоился Азазаль, когда Давид проглотил сферу, и с его лица стала исчезать навийская серость.

Давид открыл свои глаза и в них пробежал белый звёздный свет, растаяв в ледяных кристаллах его синих глаз.

– Я говорил, что твою рыжую шевелюру не перепутать ни с каким солнцем! – произнёс Давид, и его голос стал набирать свою былую силу. Всё же сфера жизни пошла ему на пользу.

– Нави небесные, Борей! Я когда-нибудь не выдержу и въеду тебе хорошенько за такие шуточки! – облегчённо вздохнул Азазаль, видя что другу больше ничего не угрожает, кроме его плохого чувства юмора конечно: – Не приравнивай мою огненную натуру к какому-то солнцу!

– Не злись, Азазаль! – улыбнулся Давид и по-доброму глянул на своего друга, который также был его троюродным братом: – Полысеешь чего доброго!

Азазаль окончательно вышел из себя.

– Лорд Борей, принц Нарийский, ты ходишь по краю! Не шути с огнём! – вспылил Азазаль. Он действительно был как Везувий, готовый взорваться в любой момент.

– Ладно-ладно! Успокойся, – Давид схватил за руку друга, и по ней заискрилась тонкая корка льда: – Ты отдал мне часть своей энергии, и сам сейчас очень рискуешь. Спасибо тебе, Аз, что вовремя откликнулся! Я очень ценю это, брат.

Азазаль пришёл в себя. Он действительно был похож на огненный вихрь, а всё потому, что в его энергетическом поле находился огонь. На случай, если что-то пойдёт не так, и этот вихрь будет вырываться за его пределы, ему был создан панцирь из твёрдых ледяных кристаллов. Однако, при потере энергии, в энергетическом поле Азазаля могли происходить смещения.

Теперь он успокоился. Ледяная инъекция, сделанная Давидом, привела его энергетику в нормальное состояние. Но, всё же, обольщаться не стоило. К тому же Давида опять повело.

Азазаль сочувственно посмотрел на, еле стоящего на ногах, Давида, махнул рукой на свою обиду и крепко подхватил его под плечо.

– Стой же ты! Я тебя сейчас в лазарет перенесу, чтобы ты через каждые два метра не бороздил своим носом наш мрамор. Натирать его ещё есть кому!

– Подожди! Ты меня хотел туда тащить на себе? А как же телепорт? Пока меня не было, ты уже успел получить запрет на его использование?– насторожился Давид.

– Почему сразу тащить? – возмутился Азазаль: – Это тебе мышцы подкачать стоит, а не мне. Да и не мешок с картошкой ты, чтобы тебя волокли!

Тут он обрадовался, придумав что-то оригинальное.

– Хотя! Ты итак вечно на моей спине ездишь! – улыбнулся Азазаль, а улыбка у него была широкая и обольстительная: – Вот скажи, какая мне от этого выгода?

– У тебя друг, можно сказать, умирает, а ты о выгоде! В такие минуты полагается думать о возвышенном! – попытался усовестить его Давид, в шутку, конечно.

– Спасибо, что напомнил о возвышенном! Я забыл заскочить на акционерное собрание в «Нью Лайн Нави». А там дивиденды распределяли, пока ты тут умирать вздумал у меня на руках!

И при этих словах Азазаль, хитро блеснув своим взглядом, выстроил в своём сознании маршрут лазарета, соединил две точки пространства и они оба моментально исчезли из зала.

Над ними мирно сияли тихие жёлтые сгустки энергии, собранные в форме небольших светил. Их было около восьми, и они нежно освещали лазарет своим скромным, ненавязчивым светом.

– Сестра! – громко заорал на всю комнату Азазаль: ему определённо нравилась эта процедура, поскольку в его синих глазах появился огонёк азарта от того, что он делал.