Навеселе. Как люди хотели устроить пьянку, а построили цивилизацию

Организм не глуп. Симптомы, вызываемые избытком ацетальдегида, настолько неприятны, что люди, испытывающие их, прислушиваются к сигналам и быстро учатся не вливать в себя много спиртного. В действительности реакция покраснения лица делает употребление спиртного таким отталкивающим, что лекарство, вызывающее ее у генотипических индивидов, используется для лечения алкоголизма{86}. Носители гена, кодирующего энзимы этой разновидности, а также и функционально антагонистических мутаций, присутствующих в группах неазиатского населения, фактически избавлены от страсти к спиртному. Они могут выпивать умеренно, получая все преимущества такого разумного потребления алкоголя – уничтожение микробов, получение минералов и витаминов, а также калорий, если их недостаточно. Однако, поскольку при большом объеме выпитого резкое появление неприятных симптомов гарантировано, эти люди знают: они защищены от крайностей пьянства и алкоголизма, пока не перегружают свои неэффективные ALDH-энзимы большим количеством спирта. Они могут, образно говоря, съесть свой торт, получить от этого удовольствие и не упасть в него лицом. Превосходное решение проблемы захвата или эволюционного пережитка! Это равносильно тому, как если бы у нас имелся ген, делающий порнографию непривлекательной при сохранении тяги к сексу с целью продолжения рода или придающий пирожному вкус угля, а брокколи – нежнейшей амброзии. Какой сильный был бы ход со стороны генетики!

Это чудодейственное средство от проблемы с алкоголем присутствует в человеческом генофонде давно, появившись в Восточной Азии 7000–10 000 лет назад. Что любопытно, распределение этого признака словно бы следует за возникновением и распространением сельского хозяйства, основанного на рисоводстве. Возможно, это свидетельство реакции на внезапную доступность рисового вина{87}, но некоторые теории утверждают, что его изначальной адаптивной задачей была защита от грибкового отравления{88}. Охотники-собиратели ели дикорастущие овощи и фрукты, мясо диких животных и почти не заботились о хранении продуктов. Однако если вы начинаете выращивать рис, то имеете много зерна, которое, если запасать его на будущее в условиях влажности, быстро поражается грибком. Высокая концентрация ацетальдегида в организме, хотя и доставляет неприятные ощущения, очень эффективно уничтожает грибковые инфекции. Таким образом, появление реакции покраснения могло искупаться тем, что умеренно пьющие люди, хотя и страдали от таких болезней, могли безопасно употреблять в пищу запасенный впрок рис. Другие ученые отмечают, что неэффективная разновидность ALDH, возможно, защищает от туберкулеза и могла пройти отбор вследствие возросшего риска развития этого заболевания после того, как возникновение сельского хозяйства позволило людям жить большими группами с высокой плотностью населения{89}. Что бы ни было целью – фунгицид или лекарство от туберкулеза, если бы повышенный ацетальдегид мог защищать еще и от алкоголизма, это стало бы приятным побочным эффектом.

И каким прекрасным побочным эффектом! Если бы потребление алкоголя было всего лишь контрпродуктивной случайностью в нашей эволюционной истории, то гены «азиатского румянца» должны были бы со скоростью лесного пожара распространиться повсюду, где избыточное винопитие представляло потенциальную проблему. Иными словами, практически по всему цивилизованному миру. С учетом того, насколько стремительно другие недавние генетические адаптации, например переносимость лактозы или способность полноценно жить на больших высотах, захватывали регионы, где они полезны, каждый человек, способный прочесть эту книгу, краснел бы после одной-двух рюмок{90}.

Но этого явно не произошло. Гены, вызывающие такую реакцию, остаются ограничены относительно небольшой областью Восточной Азии и даже там не универсальны. Разновидность, независимо сформировавшаяся на Ближнем Востоке и в Европе, также имеет незначительное присутствие в популяции. Если генетическая эволюция решает серьезную проблему, то не стесняется поделиться решением. Тот факт, что на чудодейственное «лекарство» от нашей тяги к опьянению нашлось относительно мало желающих, – серьезное возражение против любой теории эволюционной ошибки.

Необъяснимая загадка: Почему повсюду в мире провалились запреты

В 921 г. исламский ученый Ахмад ибн Фадлан отправился по приказу багдадского халифа с дипломатической и религиозной миссией к волжским булгарам. Этот народ, недавно принявший ислам, жил на берегах Волги на территории современной России. Очевидно, халиф чувствовал, что понимание булгарами новой веры не мешало бы несколько скорректировать.