Пришел после выпуска из политакадемии и сразу всех стал учить
уму – разуму. Возомнив себя великим знатоком ядерной физики
на пульт ГЭУ зашел и стал рассказывать, как управлять ядерным
реактором с точки зрения марксизма – ле-
нинизма. На ПУ ГЭУ всегда были самые гра-
мотные офицеры, чувствовали себя всегда
уверенно при любых начальниках и могли
себе позволить шутки с любым, кто появ-
лялся на пульте. Однажды ЗКПЧ пришел на
ПУ ГЭУ во время ввода в действие реактора
и стал проводить опрос по политической
обстановке в стране. КГДУ–1 и КГДУ–2 пе-
реглянулись, улыбнулись и в момент, когда
ЗКПЧ протискивался между щитами СУЗ,
198
незаметно нажали кнопку проверки работоспособности аварий-
ной и предупредительной сигнализации реактора на неработаю-
щем борту ГЭУ.
Заревело, загремело все вокруг, из Центрального Поста ко-
мандир ПЛ, увидев на табло сигнал «АЗ ректора I рода» (мягко
говоря) спросил: «Пульт! В чем дело? Что с реактором?». С пуль-
та ГЭУ прозвучал доклад: «Да ЗКПЧ нечаянно переключил ПРР и
сработала аварийная защита реактора!». Командир по «Каштану»:
«Твою мать! Комиссар хренов уйди с ПУ ГЭУ! Не мешай! Утонем у
берега!».
ЗКПЧ раком и пулей, опережая свой собственный визг, умчал-
ся с Пульта ГЭУ и больше на нем никогда в жизни не появлялся.
ОФИЦИАНТ
Как известно, РБН (ресторан «Белые ночи») в Северодвин-
ске, был, есть и будет вторым домом военно-морского офице-
ра Подводных Сил. Однажды при стоянке на ремонте в заводе
г.Северодвинска славно погуляли в знаменитом РБНе в одно из
воскресений мая. Понедельник на флоте в те времена был свя-
тым днем для политрабочих и мукой для всех остальных флотских
ребят. В один из таких тяжелых дней собрали нас на марксистко
– ленинскую подготовку в кают – кампании офицерского состава и
сам Начальник Политического Отдела бригады ремонтирующихся
кораблей начал читать какую-то лекцию о партийно – политиче-
ской работе в Вооруженных Силах СССР (сокращенно – ППР, но
мы эту абревиатуру расшифровывали так – Пришли, Попиzдели,
Разошлись).
Ни что так не располагало ко сну, особенно после приличного
гуляния до утра, как политзанятия в первый день недели. Заснул
первым среди нас пятнадцатилетний капи-
тан Володя, за ним пали праведным сном
еще несколько человек. Что ему снилось
или мерещилось, неизвестно никому, но
во сне он с закрытыми глазами поднял пра-
вую руку с двумя растопыренными пальца-
ми вверх, щелкнул ими и громко произнес
«Официант!». Народ начал просыпаться и
оглядываться, НачПО подошел в Володе и
застыл в немом вопросе. А Вова, щелкнув
199
пальцами и ткнув ими в грудь НачПО, произнес: «Официант! Еще
два по 150 и расчитай!».
Вот так НачПО и заработал у нас кличку «Официант».
ШПИОН
Назначенный на должность НачПо 31 ДиПЛ политрабочий Ма-
крушин шел в штаб дивизии, но вахтенный матрос не пропустил
его, так как не знал в лицо. Пропуск это политрабочее тело не носи-
ло с собой, считая себя начальником не просто большим, а очень
большим, с замашками человека, имеющего очень «волосатую»
лапу в политуправлении ВМФ СССР. «Ваш пропуск, товарищ капи-
тан II ранга!» – спросил вахтенный у трапа ПКЗ. «Какой пропуск? Я
начальник политотдела! Как фамилия? Кто твой командир? Пять
суток ареста!» – начало орать политрабочее тело.
В это время мимо проходи «пятнадцатилетний» капитан –
лейтенант Володя. Вахтенный матрос его пропустил, отдав при
этом воинскую честь, и даже сказал «Пожалуйста, товарищ капи-
тан–лейтенант!».
Каплей, увидев эту сцену, сказал в лицо политрабочему: «В на-
род надо ходить, товарищ капитан II ранга! Тогда личный состав
срочной службы будет знать в лицо, а не только квартиры, холо-
дильники и женские сапожки с бюстгальтерами делить!».
НЕ ПОДВЕДИ!
Любил у нас нравственно отдохнуть каплей Вова. Приятное
вино, женщины, свечи.. Иногда это несколько вредило службе.
Немного. То на развод опоздает, то на занятиях заснет, то вообще
не прибудет на службу, по причине отсутствия здоровья. Ругал,
ругал его командир, а потом решил показательно наказать, дабы
другим не повадно было. Раз ты капитан–лейтенант – служи! За-
щищай Родину! Станешь хотя капитаном 3 ранга – занимайся са-
моподготовкой.
Объявляет командир каплею
Вове трое суток ареста, за очеред-
ную провинность. Ну, Вова подумал,
подумал, да и побег к начальнику
гауптвахты. В результате перегово-
ров стороны достигли определенных
договоренностей и произвели равно-
200
ценный обмен по схеме: 1 капитан–лейтенант = 3 бутылки ко-
ньяка. Бутылки отправились на гауптвахту отбывать наказание,
а радостный каплей понесся в магазин покупать шампанское и
фрукты. Последующие три дня, не очень обремененные защитой
Отечества, планировалось (в целях конспирации) провести без-
вылазно в постели с очередной пассией.
Надо сказать, что согласно штатного расписания на нашей
подводной лодке было и политрабочее тело – заместитель коман-
дира по политической части. Как все замполиты, был он соответ-