Неблаженные блаженные святые. Рассказы о необыкновенных подвижниках

Милостыню она также не принимала, а брала лишь от добрых людей «царя на коне» (копейки с изображением конного святого Георгия, поражающего змия) и тотчас же отдавала этого «царя на коне» таким же беднякам, как она сама.

Бродя целыми днями по грязным, немощеным улицам Петербурга, Ксения изредка заходила к своим знакомым, обедала у них, беседовала, а затем снова отправлялась странствовать.

Где она проводила ночи, долгое время оставалось неизвестным. Этим заинтересовались не только жители Петербургской стороны, но и местная полиция, для которой местопребывание блаженной по ночам казалось даже подозрительным. Решено было разузнать, где проводит ночи странная женщина и чем занимается.

Оказалось, что Ксения в любое время года и погоду уходила на ночь в поле и здесь в коленопреклоненной молитве простаивала до самого рассвета, попеременно кладя земные поклоны на все четыре стороны.

Жителям Петербургской стороны иногда завидовали. Считалось, что им легче живется подле блаженной Ксении. А сами местные обитатели ценили близость юродивой. Иногда это приобретало занятные формы.

Говорили, что блаженной Ксении удалось укротить даже нравы рыночных торговцев, склонных обычно к лукавству. По преданию, рынок на Петербургской стороне именно тогда стал называться Сытным именно потому, что там не обманывали и не обвешивали. Действительно, торговцы любили Ксению и побаивались обличений юродивой.

Ксения была неутомима в деяниях.

Как-то рабочие, занятые на постройке новой церкви на Смоленском кладбище, стали замечать, что ночью, во время их отсутствия, кто-то втаскивает на верх строящейся церкви горы кирпичей. Рабочие долго удивлялись, долго недоумевали, откуда берутся кирпичи на верху строящейся церкви.

Наконец они решили разузнать, кто же этот даровой неутомимый работник, каждую ночь таскающий для них кирпичи на самую верхотуру. Оказалось, что неутомимым работником была раба Божия блаженная Ксения.

За ее великие подвиги и безмерное терпение Господь еще при жизни прославил свою избранницу. Раба Божия Ксения сподобилась дара прозрения сердец и будущего.

Ксения предсказала смерть императрицы Елизаветы Петровны.

Накануне кончины императрицы юродивая говорила всем встречным:

– Пеките блины! Завтра вся Россия будет печь поминальные блины!

Купчихе Крапивиной юродивая предсказала кончину, говоря:

– Зелена крапива, но скоро увянет.

Однажды Ксения сказала своей старой знакомой Параскеве Антоновой, той самой, которой подарила дом, чтобы та немедленно шла на Смоленское кладбище:

– Вот ты тут сидишь да чулки штопаешь, а не знаешь, что тебе Бог сына послал!.

Параскева в недоумении пошла в сторону кладбища и вдруг увидела толпу народа.

Оказалось, что экипаж задавил беременную женщину, которая успела перед смертью разрешиться от бремени мальчиком. Параскева взяла младенца себе. Так как Параскева не смогла нигде разыскать отца новорожденного, она усыновила его. Воспитанный Параскевой приемный сын почитал ее как мать. И в старости берег покой Параскевы. А та благодарила за великую нечаянную радость именно Ксению.

Ксения Григорьевна любила Евдокию Денисьевну Гайдукову и часто захаживала к ней.

Как-то зашла к ней Ксения перед обедом. Евдокия была рада гостье и тут же кинулась накрывать на стол.

После обеда Евдокия принялась благодарить юродивую за посещение и извиняться за скудное угощение.

– Не взыщи, – говорила она, – голубчик Андрей Федорович, больше мне и угостить тебя нечем…

Ксения ответила:

– Спасибо, матушка, за угощение. Да только лукавить зачем? Уточку-то ты мне не дала…

Евдокия залилась краской. И правда, в печи томилась жареная утка. Она приберегала лакомство для мужа.

Пристыженная хозяйка двинулась было к печи…

Ксения заступила ей дорогу:

– Не надо! Да я и не хочу утки. Знаю, ты бы и рада меня угостить, да боишься кобыльей головы. К чему его сердить?

Кобыльей головой Ксения называла мужа Евдокии, которого не любила. Он был грубияном и пьяницей.

Уча людей правдивости, блаженная Ксения нередко открывала и тайны тех, кого она навещала. Милость Божия осеняла Ксению настолько, что даже те, к кому она просто заходила или у кого трапезничала, были счастливы и успешны в делах.

И торговцы, и извозчики – все старались ей чем-нибудь услужить; особенное благополучие посещало тех, кому сама блаженная Ксения давала что-либо.

* * *

Блаженная Ксения несла подвиг добровольного безумия сорок пять лет. Но пришел конец и ее земному странствованию.

Около 1803 года, на 71-м году она почила.

Тело ее погребли на Смоленском кладбище. Именно там, где юродивая ночами носила кирпичи, помогая по ночам строить церковь в честь иконы Смоленской Божией Матери.

На могильной плите есть такие слова: «Кто меня знал, да помянет душу мою, для спасения своей души. Аминь».

На могиле Ксении со временем была воздвигнута каменная часовня, которая и по сей день служит одной из святынь Петербурга, привлекающей многочисленных богомольцев.

Один из них – ветеран Великой Отечественной войны, рассказавший следующее.