Недоверчивые умы. Чем нас привлекают теории заговоров

Существует несколько составляющих открытости опыту. Сюда относятся развитое воображение, любовь к приключениям, эмоциональная отзывчивость, любопытство, понимание искусства. Не обязательно соответствовать всем этим параметрам, чтобы иметь высокий уровень открытости. Вы можете любить путешествовать по новым странам, но не обращать внимания на поэзию. Во всяком случае, у всех этих характеристик мало общего с верой в конспирологические теории. Скорее, конспирологические теории связаны с еще двумя характеристиками открытости – презрительным отношением к общепринятым представлениям и восприимчивостью к нетрадиционным взглядам. Это предположение возникло из исследований, в которых определяли, во что еще склоны верить конспирологи. Была выявлена устойчивая зависимость. Чем сильнее кто-то ведется на теории заговора, тем с большей вероятностью он будет соглашаться с целым рядом нетрадиционных суждений.

Группа психологов под руководством Эмилио Лобато провела одно из самых обширных исследований в этой области. Лобато с коллегами предложили студентам колледжа утверждения трех типов: про теории заговора, про лженауку и про сверхъестественное{295}. Студенты оценивали свою веру в то или иное утверждение, а затем по их ответам отдельно высчитывали значение для каждого типа утверждений. Выяснилось, что все три были связаны. Обычно чем выше было одно из значений, тем выше были и два других. Люди, соглашавшиеся с псевдонаучным мнением, что гомеопатия может вылечить серьезные болезни, с большей вероятностью верили, что существуют сверхъестественные экстрасенсорные способности, а убийство Кеннеди было заговором. Точно так же те, кто верил, что Элвис жив, верили и в существование приведений и в то, что мы используем наш мозг всего на 10 %. Если кто-то был настроен скептически по отношению к конспирологическим теориям, ему или ей также было свойственно сомневаться и в лженауке, и в паранормальных силах.

Другие исследования добавили дополнительные кусочки к этому лоскутному одеялу из странных неортодоксальных убеждений. Во-первых, конспирологи – довольно суеверный народ{296}. Чем сильнее кто-то из них поддерживает теории заговора, тем с большей вероятностью он или она будет опасаться черных кошек, разбитых зеркал и проходить под приставной лестницей. Во-вторых, им более свойственно подозревать, что в городских легендах вроде истории про бизнесмена, проснувшегося в ванне со льдом и без почки, есть доля правды{297}. Конспирологи не только чаще верят в такие лженауки, как астрология и альтернативная медицина, но и чаще отвергают науку традиционную и ее достижения{298}, например вакцинацию и генетически модифицированную пищу. А несколько исследований подтверждают то, что неожиданно открылось мне на Бильдербергском фриндж-фестивале: те, кто верит в теории заговора, с большей вероятностью увлекаются и движением нью-эйдж{299}, для которого характерны такие разнообразные метафизические понятия, как «карма», «реинкарнация», «астральная проекция», «энергетическая медицина», и мысль о том, что весь космос – это цельная живая система.

Я не говорю, что все те, кто убежден, что 11 сентября устроили свои, будут неизменно верить в приведения, целительные кристаллы и пришельцев из космоса. Правильнее говорить про статистические взаимосвязи и степени вероятности. Конечно, существуют люди, которые верят в теории заговора, но не тратят время на что-то паранормальное, и существуют гуру нью-эйдж, которым неинтересно наступление «Нового мирового порядка». Но общая тенденция в том, что чем сильнее кто-то открыт для одной нетрадиционной системы взглядов, тем больше у него шансов, что он будет открыт и для других систем.

Истина где-то там

Справедливости ради надо отметить, что некоторая связь между разнородными убеждениями не удивительна. Ведь чтобы верить в то, что правительство скрывает существование космических пришельцев, надо верить в самих космических пришельцев. Вполне логично верить в возможность лечения биоэнергией, если вы считаете, что фармацевтическое лобби хочет его запретить. В этих случаях мы наблюдаем совпадение идей. Но некоторые другие корреляции объяснить немного сложнее. Нет никаких очевидных причин для того, почему, если кто-то верит, что Кеннеди убило ЦРУ, он должен с большей вероятностью принять и существование приведений и сверхъестественных способностей, чем тот, кто считает, что Кеннеди застрелен Ли Харви Освальдом. Также нет очевидной связи между вашей верой в то, что для удачи надо постучать по дереву, и вашим отношением к научным взглядам на изменение климата.