Читаем Нейтронные звезды. Как понять зомби из космоса полностью

В конце концов он добрался до телескопа и через несколько часов работы, когда ветер стал утихать, вернулся на станцию, которая находилась примерно в одном километре оттуда. Станция – это свой особенный маленький мир, где есть тренажерный зал, языковые классы, стол для пинг-понга и спутниковый интернет (который работает только несколько часов в день), чтобы не терять связи с цивилизацией. Снег там никогда не тает, и каждый год выпадает еще около двадцати сантиметров. Потом он оседает под собственным весом, и по этой причине здание площадью 7400 квадратных метров было поставлено на несколько опорных колонн, благодаря которым оно никогда не будет погребено под снегом. Попасть сюда отнюдь не просто: Марроне сначала коммерческим рейсом летел из США в Новую Зеландию, в город Крайстчёрч, а затем садился на небольшой военно-транспортный винтовой самолет ВВС США LC-130 “Геркулес”, установленный на лыжи, и перелетал на станцию “Мак-Мердо” на острове Росса (где приходилось ожидать вылета в течение ночи или дольше, в зависимости от погоды), а оттуда уже к Южному полюсу.

Это был пятый визит Марроне в Антарктиду, но он “опускался на дно мира” не только ради острых ощущений. Хотя телескоп SPT существует с 2007 года, именно Марроне в 2010-м пришла в голову идея подсоединить его виртуально в качестве составной части к нескольким другим наземным антеннам, чтобы вместе они образовали массив телескопов планетарного масштаба – телескоп горизонта событий EHT. Термин “горизонт событий” относится к воображаемой границе сферической области вокруг черной дыры, из-за которой выйти наружу ничто, даже свет, уже не может. Черная дыра, как считается, остается после того, как массивная звезда (более массивная, чем те, из которых получаются нейтронные звезды) оказывается раздавлена собственной гравитацией. В черной дыре вся масса сосредоточена в очень маленькой области в центре, называемой сингулярностью (в случае вращающейся черной дыры эта сингулярность представляет собой кольцо).

10 апреля 2019 года сообщество EHT вошло в историю, опубликовав снимок, на котором изображен словно бы красновато-оранжевый пончик на черном фоне. Хотя снимок был расплывчатым и казался не очень впечатляющим, это было первое в истории изображение тени сверхмассивной черной дыры в центре самой большой галактики Мессье 87 (M87) в близлежащем скоплении галактик в созвездии Дева, снятое с высоким разрешением. (Я узнала эту новость, когда подключилась к интернету, сидя в бункере – изолированной комнате – рядом с телескопом MeerKAT в Южной Африке, так что для меня лично это колоссальное событие стало еще грандиознее.) Эта черная дыра, в 6,5 миллиарда раз более массивная, чем Солнце, находится на расстоянии 55 миллионов световых лет от нас. Ученые на основании общей теории относительности Эйнштейна долгое время полагали, что черная дыра должна быть похожа на тень, отбрасываемую на яркий фон светящегося газа. Теперь они получили первое тому доказательство4.

Гравитация искривляет свет, а эффект Доплера увеличивает частоту и интенсивность света с той стороны черной дыры, которая вращается по направлению к наблюдателю, то есть к нам. Мы не можем видеть того, что находится позади черной дыры, но большая часть света, который должен был бы прийти к нам оттуда, линзируется, то есть огибает черную дыру. Это означает, что очень небольшое количество света может прийти к нам непосредственно из пространства перед черной дырой, потому что любой прямой свет отклонится и уйдет из нашего поля зрения. “Свет перед черной дырой в основном перенаправляется вокруг нее под действием гравитации или захватывается горизонтом событий”, – говорит Марроне.

Поскольку черная дыра находится очень далеко, чтобы получить ее изображение, ученым понадобился огромный сверхчувствительный инструмент с очень высоким разрешением. И гигантский телескоп EHT – именно такой инструмент. Он использует принцип сверхдлиннобазисной интерферометрии, который реализуется путем синхронизации нескольких радиотелескопов, разбросанных по всему земному шару. Используя вращение нашей планеты, эта система телескопов становится инструментом размером с Землю с разрешением 20 угловых микросекунд, который способен регистрировать волны с длиной до всего лишь 1,3 миллиметра5.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора

Уильям Стирнс Дэвис, профессор истории Университета штата Миннесота, рассказывает в своей книге о самых главных событиях двухтысячелетней истории Франции, начиная с древних галлов и заканчивая подписанием Версальского договора в 1919 г. Благодаря своей сжатости и насыщенности информацией этот обзор многих веков жизни страны становится увлекательным экскурсом во времена антики и Средневековья, царствования Генриха IV и Людовика XIII, правления кардинала Ришелье и Людовика XIV с идеями просвещения и величайшими писателями и учеными тогдашней Франции. Революция конца XVIII в., провозглашение республики, империя Наполеона, Реставрация Бурбонов, монархия Луи-Филиппа, Вторая империя Наполеона III, снова республика и Первая мировая война… Автору не всегда удается сохранить то беспристрастие, которого обычно требуют от историка, но это лишь добавляет книге интереса, привлекая читателей, изучающих или увлекающихся историей Франции и Западной Европы в целом.

Уильям Стирнс Дэвис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука