Неизвестная война императора Николая I

Именно в это время особенно заметным становится в Причерноморье и засилье еврейского торгового капитала. В 20-х годах ХIХ века ежегодный финансовый оборот Черноморского флота составлял 8—10 миллионов рублей. Флоту требовался корабельный лес и металл, порох и пенька, пища и парусина, питье и одежда, то есть все, что необходимо для повседневного существования и ведения боевых действий. На эти миллионы, как мухи на мед, слетелись отовсюду евреи-купцы и поставщики. Они приезжали из далеких и близких мест. Это были купцы первой и второй гильдий из Одессы, Херсона, Умани, Киева, Кременчуга, Елисаветграда, Могилёва, Таганрога, Брянска, Гайсина и прочих мест.

В журнале «Морской сборник» № 2 за 1863 год была опубликована статья морского врача Закревского, который в свое время входил в близкий круг адмирала Грейга и его супруги. В своей статье отставной врач попытался показать экономическое значение евреев в процветании Николаева и вскрыть истинную причину их выселения. Рассуждения Закревского таковы: «Когда в Николаеве была основана главная верфь для создания Черноморского флота, евреи оказались весьма полезными для правительства; но позже обнаружились хищения в Адмиралтействе, и тогда, несмотря на то, что виновниками чаще всего являлись чиновники, было решено удалить евреев, так как будто бы при их отсутствии некому будет продавать краденые вещи; правда, немногие евреи, причастные к подрядам, все же остались на жительстве в Николаеве, но бедняки были выселены с помощью суровых полицейских мер; а вскоре вместо прежних жалких еврейских домишек выросли богатые чиновничьи дома…» Жалостно, слезливо, но, увы, неубедительно.

* * *

Остановимся несколько подробнее на личности адмирала Алексея Самуиловича Грейга, который в нашем повествовании является далеко не последним лицом. Родился будущий адмирал в 1775 году в семье известного екатерининского флотоводца героя Чесмы и Гогланда Самуила Грейга. В уважение заслуг отца императрица Екатерина II присвоила новорожденному чин мичмана. С десяти лет Алексей служил адъютантом при своем отце, дважды стажировался в Англии. Адмирал Самуил Грейг, командуя Балтийским флотом, одновременно являлся и руководителем масонской ложи «Нептун», состоявшей из морских офицеров и подчиненной командующему шведским флотом герцогу Карлу Зюдерманландскому. Однако в 1788 году началась Прусско-шведская война, и Грейг разбил Карла Зюдерманландского в сражении при Гогланде. Это вызвало в его адрес шквал обвинений со стороны масонов. Случайно или нет, но спустя буквально пару месяцев Грейг скоропостижно умирает прямо на своем флагманском корабле. Тайна смерти адмирала Грейга оставляет массу вопросов и поныне. Масонское прошлое отца и его трагический конец, думается, наложили печать на все последующие отношения Грейга-младшего с закулисными силами – лучше не рисковать и жить в согласии. В 1798 году, командуя кораблем «Ретвизан», Алексей Грейг отличился при высадке десанта в Голландии у крепости Гельдер, потом заведовал экспедицией по исправлению Кронштадтского порта, затем в качестве младшего флагмана участвовал в Средиземноморской экспедиции вице-адмирала Сенявина, храбро сражался при Тенедосе и Афоне. Во время войны с Наполеоном в 1812–1814 годах Грейг исполнял отдельные поручения при армии. В 1816 году Грейг был назначен на должность главного командира Черноморского флота и портов. В 1828–1829 годах руководил флотом в Русско-турецкой войне. Участвовал во взятии Анапы, Варны, Мессемрии, Ахиолло, Инады и Мидии, крейсировал с флотом у Константинополя. С 1828 года полный адмирал. По окончании войны получил императорский вензель на эполеты. Историки неоднозначно оценивают Грейга как флотоводца, отмечая его излишнюю осторожность и боязнь генерального сражения с турецким флотом и полное отсутствие инициативы. При этом весьма положительно оценивается первый период руководства адмиралом Черноморским флотом. В ту пору Грейг много занимался совершенствованием конструкций кораблей, гидрографией, развитием береговой инфраструктуры. Разительный контраст представляют последние годы его пребывания на Черном море. Адмирал практически самоустранился от руководства флотом, фактически передав все в руки своей супруги и ближайшего окружения. Историки характеризуют Грейга как хорошего моряка-практика, при этом лично достаточно либерального и бескорыстного, но внушаемого и легко попадающего под влияние более сильных личностей, при этом человека весьма злопамятного и упрямого. В первый период своего командования Грейг не имел прямого отношения к финансовым кругам. Это был обычный адмирал с хорошим морским и боевым опытом, склонный к изобретательству и не чуждый наукам. Однако затем в жизни Грейга произошли большие изменения, коренным образом повлиявшие на ситуацию на Черноморском флоте.