Неизвестная война императора Николая I

Энциклопедический словарь «Николаевцы» 1789–1999 гг.» дает следующую информацию о гражданской жене Грейга: «Грейг (Сталинская) Юлия Михайловна (1800 г., Могилев – 1882 г., Санкт-Петербург), жена А.С. Грейга. Еврейка. Из семьи трактирщика М. Сталинского. В молодости служила в трактире отца. Вышла замуж за офицера польских войск капитана Кульчинского. Вскоре развелась и в 1820 году приехала в г. Николаев с поставками корабельного леса (!), выдавая себя за польку. Добилась аудиенции у А.С. Грейга, став со временем его гражданской женой. Будучи хорошо воспитана, зная языки и обладая тонким вкусом и обаянием, постепенно сумела создать в адмиральском доме салон, в который входили в основном молодые офицеры и чиновники Черноморского флота и Адмиралтейства (братья Дали, К.Х. Кнорре, братья Рогули, П.И. Вавилов, супруги Зонтаг и др.). Со временем Юлии Михайловне удалось привлечь к себе николаевское благородное общество, став законодательницей мод и введя в свой круг влиятельных лиц (Н.Д. Критский, В. Метакса, Ш. Рафалович и др.). Около 1827 года тайно обвенчалась с А.С. Грейгом, что вызвало резкие нападки на адмирала и Ю.М. со стороны некоторых шовинистов и антисемитов (Ф. Вигель, Яцын, М.П. Лазарев и пр.). Обладая сильным характером, Ю.М. оказывала некоторое (!) влияние на А.С. Грейга в житейских делах. В Николаеве у Грейгов родилось три сына – Самуил, Иван и Василий и дочь Юлия. После перевода А.С. Грейга в Петербург Ю.М. посвятила свою жизнь устройству карьер и судеб детей, стремясь направить их по финансовой линии. Официально признана женой А.С. Грейга была только в 1873 г. при открытии памятника адмиралу в Николаеве. В г. Николаеве, в Диком Саду, на месте, где Александр Первый любовался видом водных просторов, по распоряжению адмирала была сооружена каменная беседка (проект Р. Кузьмина) под названием “Храм Весты”, которую Грейг посвятил Ю.М. в честь рождения первого сына – Самуила».

А вот перевод главы из книги Иосифа Ицхака Каминецкого о хасидских ребе Николаева. Книга издана в Израиле на иврите и английском. Кстати, перевод ее отрывка был сделан для николаевского историка Ю. Крючкова. Вот что пишет Каминецкий: «Тетушка Лия. Первые годы поселения евреев в Николаеве связаны с одним из самых таинственных и захватывающих эпизодов в истории евреев в России – историей “тетушки Лии”. Тетушку Лию прозвали “царицей Эсфирь Николаевской”. Она родилась в семье хасидов и была благопристойной и честной молодой женщиной. По некоторым непостижимым причинам ее взял в жены главный адмирал Российского военно-морского флота адмирал Грейг, который, по утверждению некоторых, был еврейского происхождения. Адмирал Грейг был личным другом царя Николая, и имеющий скверную репутацию царь был даже гостем на их свадьбе. Адмирал Грейг заложил основы Российского военно-морского флота в Николаеве. Тетушка Лия, несмотря на то, что была замужем, продолжала жить как религиозная иудейка во всех отношениях. Она была предана знаменитому хасидскому раввину – ребе Израилю Розгину, которому посылала “пидионоты” (просьбы о благословении. – Ю.К.). Много грешных указов, касающихся еврейского населения России и которые царь Николай хотел издать, были отменены тетушкой Лией. Тетушка Лия была сестрой матери братьев Рафаловичей из Николаева. Она пригласила семью Рафаловичей в Николаев и гарантировала им права на строительство кораблей для русской армии».

При всех огрехах в понятиях «главный адмирал», надуманной «задушевной дружбе императора Николая с Грейгом», Каминецкий поведал много интересного. Разумеется, не могла Лея и отменять царские указы. Но вера во всесильность тетушки Леи у ее единоверцев была такова, что они и распространяли такие слухи.

Об отношении к вере Леи даже ее поклонник историк Ю. Крючков долен был признать: «Юлия Михайловна стала уже законной хранительницей домашнего очага в доме адмирала: около 1827 года, когда Грейги ожидали рождения первого ребенка, они тайно обвенчались. В какой церкви и по какому обряду – история умалчивает. То ли Юлия снова сменила веру и стала протестанткой (лютеранкой), как Грейг, то ли осталась католичкой? Видимо, религия не представляла для нее нравственной проблемы: она подходила к ней практически, оказывая услуги всем культам. Как известно, все ее дети были лютеранами, да и она сама похоронена на лютеранском кладбище. Вместе с тем известно также, что она охотно поддерживала еврейских купцов – поставщиков флота; как утверждает Каминецкий, она была правоверной хасидкой и “жила как религиозная иудейка во всех отношениях”, поддерживая связи с раввинами, в особенности с Израилем Розгиным. И тут же узнаем из благодарственного письма ксендза, что Юлия Михайловна оказывала большие услуги и католической церкви».