Неизвестный Рузвельт. Нужен новый курс!

На то были веские основания, помимо личных мотивов Эйзенхауэра. Шесть из восьми лет его администрации конгресс контролировали демократы, что было веским напоминанием – рузвельтовская коалиция жива. В десятую годовщину со дня смерти Рузвельта в Капитолии выступили 23 сенатора, отметившие вклад ФДР в историю США и мира. Сенатор П. Дуглас напомнил, что именно Рузвельт «высмотрел никому не известного подполковника, назначил его командовать войсками в Европе, тем самым поставив Дуайта Д. Эйзенхауэра на дорогу к славе». В палате представителей заслуги покойного президента превознесли десятки ораторов, один из которых, конгрессмен Б. О’Хара, нашел: «Как пророк Исайя явился в несчастный Израиль, чтобы вывести страну из бедствий и отчаяния и поднять ее до высот веры, мужества и достойного братства, так в наши дни Франклин Делано Рузвельт пришел к страждущим в городах и весях». Он, наделенный «великой душой», достиг многого, хотя «каждое его физическое движение сопровождалось такой страшной болью, какую разве испытывал только Христос, прибитый жуткими гвоздями к кресту»7. Канонизация ФДР как человека началась, а вместе с ней пошло приспособление его; идей к текущим нуждам.

Сын Ф. Рузвельта, тогда конгрессмен Дж Рузвельт, в предисловии к сборнику критических статей о современной американской политике писал в 1962 году: «Лично я считаю, что многие идеи, касающиеся ведения как внешних, так и внутренних дел, были идеями, рожденными для других времен и для других»; проблем. Значительное число этих идей восходит к новому курсу. Ныне идеи и политические концепции, которые когда-то волновали и соответствовали нуждам момента, превратились в затасканные клише, формальность и пустые лозунги»8. Парадоксально, но факт: Джеймса Рузвельта в США раскритиковали за сборник этих статей. «Как изменились времена! – восклицал публицист Дж Ласки. – В 1962 году конгрессмен Рузвельт попал под огонь ожесточенной критики со стороны консерваторов за «левые» взгляды, выраженные в отредактированной им книге «Либеральные статьи»9. В США даже изменилась терминология при трактовке президентства Рузвельта. Один из биографов ФДР, Дж Гантер, еще в 1950 году заметил: «Некий проницательный либерал сказал: «Новый курс – всего-навсего попытка полуиспеченных социалистов спасти капитализм для тупых капиталистов»10. (Следует отметить, что это говорилось до того, как в языке приличного общества обтекаемые идиомы «свободное предпринимательство», «управление» заменили термины «капитализм» и «капитал».)

Социальный смысл деятельности ФДР – упрочение капитализма – определенно затушевывался, он представлялся как «президент всего народа». Под этим углом зрения американцам на всевозможных опросах, проведенных в США, предлагалось высказаться по поводу места ФДР в истории страны. По опросу в начале 1946 года «самый великий» из четырех президентов: Рузвельт – 39 процентов, Линкольн – 37, Вашингтон – 15, Вильсон – 5, не дали ответа 4 процента11. Опрос через десять лет, в 1956 году, дал примерно туже картину12.

В 1948 году профессор А. Шлезингер опросил на этот счет, 55 ведущих специалистов американской истории. Они выделили шесть «великих» президентов в таком порядке Линкольн, Вашингтон, Рузвельт, Вильсон, Джефферсон, Джексон13. Опрос через четырнадцать лет, в 1962 году: на этот раз 75 ученых-историков дали аналогичный ответ о месте ФДР14. Очень поучительно. Открывая первую кампанию по выборам в президенты, Рузвельт как-то заметил: «Судите обо мне по моим врагам». Профессор С. Браун, указав, что эти слова можно считать эпитафией ФДР, написал: «В конце жизни он не изменил бы ни одной буквы в них»15.

Кто они, враги? В 1970 году известный в масштабах штата Огайо 68-летний юрист С. Форд объяснял: «Самое худшее, что постигло нашу страну, – Франклин Д. Рузвельт. Он привел нас к катастрофе». Этот Форд, державший на столе в своей конторе револьвер, вместе с большим жюри возложил ответственность за убийство четырех студентов в Кентском университете 4 мая 1970 г. на демонстрантов, а не на расстрелявших их национальных гвардейцев. Он присовокупил: «Нашу проклятую страну не успокоить, если не приказать полиции стрелять и убивать. Я согласен с «обычным» мнением большинства в районе Кента: «почему гвардейцы не перестреляли их больше»16. Такие, как Форд, ничему не научились…

Конечно, такая точка зрения – редкость, но споры о ФДР продолжаются.

Среди критиков ФДР был президент США Джон Ф. Кеннеди.

Генезис более чем прохладного отношения молодого Дж Кеннеди к президенту Рузвельту – эхо распрей отца с ФДР. Во всяком случае, когда в апреле 1945 года Джозеф Кеннеди узнал о смерти Рузвельта, он не очень огорчился, доверительно написав одной из дочерей: «Это, несомненно, великое благо для страны». Со своей стороны, лейтенант флота Дж Кеннеди, по собственным словам, «совершенно не переживал случившееся».