Читаем Неизвестный Табачков полностью

Помню, ещё в армии в увольнение я часто ходил в гражданском платье в церковь. Однажды состоялся разговор с батюшкой, который, кстати, предложил мне тайно креститься, на что я, молодой щенок, с усмешкой подумал: «Знал бы он, что я коммунист». Так вот, желая как-то проявить свою «эрудицию», спрашиваю священника:

— Как вы относитесь к моральному кодексу строителя коммунизма?

— Положительно, — мгновенно отвечает батюшка и, видя моё изумление, добавляет — ведь это всё коммунисты взяли из Библии, — и, реагируя ещё на более изумлённый мой взгляд, продолжает, — не убий, не укради, соблюдай брачные отношения…

Эту историю на протяжении своей жизни рассказывал бесконечное число раз.

По своей натуре я человек суеверный, наверное, поэтому во мне всегда было некое религиозное начало. И мне кажется, что я много раз получал подтверждение существования Бога, когда просил его об этом. Хотя знамений мне не было.

21 мая. Пятница

На референдуме Е. набрал больше «за». Но на самом деле, его поддержало только 37 с половиной процентов людей, имеющих право голоса. Продажная пресса взахлёб чуть ли не месяц кричала об убедительной победе президента. За кого нас принимают? Самое интересное, накануне 25-го апреля обещания раздавали направо и налево, и никто не удивлялся, не вспомнил, что он не сдержал ни одного (!) сколько-нибудь значимого обещания в период выборов. Тоскливо становится от такой жизни.

В конторе, казалось бы, всё наладилось, как вдруг возникли финансовые трения с типографией. Полиграфисты захотели хорошо жить за наш счёт. Пришлось поволноваться и поконфликтовать, и вроде, острота проблемы снята, но финансы продолжают меня беспокоить.

На сей день на счету в редакции 1,7 миллиона. Если не будет поступлений, то мы рискуем не дотянуть до конца полугодия, когда поступят новые средства от подписки. Она, кстати, идёт неплохо. Мы уже имеем больше 16 тыс. (в наст. вр. тираж — 25 тыс.). У «НП» [«Находкинский проспект»] — 1310, у «Н» [«Находка»] — 1060.

4 июля. Пятница

Проходит заполошная неделя. Вроде ничего важного не было, но массу дел провернуть пришлось. Кажется, всё удачно, но чувство неудовлетворённости постоянно присутствует. Похоже, вырабатывается комплекс неполноценности. Повсюду разговоры о высоких окладах, хороших заработках, удачно «провёрнутых» сделках, даже жена задрала на этой почве нос. Чувствую, что и я мог бы себя хорошо чувствовать в этой воде, но совместить с моей работай всякого рода «макли» просто невозможно…..

Но с другой стороны, не даёт покою американская поговорка «Если ты умный, почему не богатый?» Но наша действительность сегодня никак не позволяет разбогатеть журналисту. Во всяком случае, я не знаю ни одного журналиста в нашем крае, который бы сумел разбогатеть в редакции.

Да и сила характера, образ мышления наших людей, похоже, таковы, что большинство у нас (подавляющее!) не стремится в коммерцию.

13 июля. Вторник

Сегодня в чём-то занимательный день. Ночью в начале первого, когда уже я спал, разбудил Женя и сказал, что сильно ощущалось землетрясение. Следом позвонил сосед и сказал, что срочно нужно уходить из дома. Я их раскритиковал, но спать не лёг, стал смотреть TV. Потом снова уснул.

Уже во втором часу ночи позвонила Н. Фёдорова и близкая к истерике сообщила, что надвигается цунами. Пытался я её успокоить, ссылался на то, что это паника и никаких официальных сообщений не было, и тут заговорило радио. Сообщалось, что со стороны Сахалина надвигается цунами, предлагалось покинуть дома и перебраться на возвышенность. Стал будить соседей, звонить знакомым, но журналистам по телефону дал задание готовить материал. Сбегал к Тузюкам и разбудил их.

Интересное было зрелище. Люди бросали дома, тащили сумки и рюкзаки с продуктами. А мы сидели дома.

Оперативно сработала администрация. Дети из п/лагерей были быстро вывезены в сопки.

За время тревоги было зарегистрировано четыре кражи.

Слава богу, всё обошлось.

Утром приехал в реакцию, чтобы организовать срочное прохождение репортажа, да так и застрял здесь (уже около 15 час.)…

12 августа. Четверг

Отпуск мой прошёл совершенно бездарно, скорее всего, подобного у меня не было. Просидел дома, да на несколько дней съездил к маме на юбилей — 70 лет. Да и эта поездка была омрачена очередной дурью российского руководства, взбудоражившего народ обменом денег, хотя перед этим уверяли, что купюру образца 1991 и 1992 г.г. будут выводить из обращения постепенно.

На работу вышел 9-го. Дел очень много…

4 ноября. Четверг

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное