Некрос: Языки Мертвых

   С приходом ночи жизнь на улицах не остановилась - люди грелись у светильников и костров, спали прямо на земле, прижимаясь к глинобитным стенам, собираясь для тепла в невообразимые скопища, переплетаясь, устраивая из тряпок жуткие гнезда, похожие на крысиные. Мимо них бродили редкие прохожие, мрачные, сгорбленные, скрытые под тяжелыми плащами. Я чувствовал их тяжелые взгляды из-под низко надвинутых капюшонов - они сверлили меня, пытались забраться под кожу. Обрывки разговоров тревожили слух - осторожные шепотки, полные страха и подозрения.

   - Вчера сожгли десятерых...

   - Архонт говорит, что только так можно остановить Руку Эн-Уру-Гала...

   - Говорят, что Раппикум пал.

   - Раппикум далеко на западе. Рука туда еще не дотянулась.

   - Для Руки нет долгого пути, нет непроходимых мест. Ни болота, ни горы, ни пустыни не остановят его.

   - Нужно молиться. Боги укротят гнев Эн-Уру-Гала и он отведет свою руку от мира...

   - Я слышал, как говорили жрецы. Боги не властны и даже сам Эн-Уру-Гал не властен над смертью, которую выпустил в мир. Боги покинули нас и ушли.

   - Замолчи! Твои слова нечистивы! Хочешь, чтоб нас забрала стража?

   Я шел среди этого невнятного бормотания, стараясь не особенно вслушиваться. Странно, что эти разговоры были вообще осмысленными - интересно, если остановиться и слушать, насколько их хватит, чтобы не повторяться?

   Петляя по узким, извилистым улочкам, я наконец вышел на более просторную и прямую, пошел по ней. Здесь бездомных было поменьше - они жались к стенам домов, не рискуя слишком отрываться от них. Возможно, знатные горожане, путешествуя по своему городу, по старой доброй традиции угощали тех, кто оказывался на пути кнутом и палкой.

   Странный шум впереди заставил остановиться. Я оглянулся, пытаясь найти переулок, чтобы скрыться в нем, но как назло, здесь дома стояли плотно. Впереди, из полумрака показалась толпа вооруженных людей. Одетые как попало, все они, тем не менее, были вооружены мечами и топорами, поверх лохмотьев у многих были кирасы, наплечники и шлемы. Их было человек десять. Огонь отбрасывал на их лица дрожащие черные тени, превращая в морды чудовищ. Морщины и шрамы уродливо выпячивались, рассекая грубую кожу лиц глубокими темными провалами, искажая черты.

   Я прижался к стене, стараясь втиснуться между бездомными. Те недовольно шипели и отталкивали меня. Можно было достать кошкодер и припугнуть их, но обнажать оружие перед вооруженной толпой почему-то не хотелось.

   В это время, на другой стороне показались, те, против кого они вышли. Тяжелый гул шагов и глухой лязг железа я услышал раньше, чем свет факелов высветил этих существ. Это были Бессердечные Воины Дера - возможно, та самая троица, которая встретилась нам с Бильгой. Исполины разошлись, освобождая себе пространство. Двое с палицами стали по бокам, воин по центру достал из-за пояса топор и навесил на руку небольшой щиток - не больше метра в диаметре - кулачник для него. Рукоять топора казалась удивительно тонкой для ее полутораметровой длины, а лезвие - слишком узким. С другой стороны, такой топорик должен был отлично пробивать даже весьма прочные доспехи. Присмотревшись, я увидел, что рукоять, похоже, железная.

   Толпа на другой стороне так же подняла оружие. Один из них, низкорослый парень в длиннополой грязно-серой рубахе с коротким клинком и кинжалом, в островерхом шлеме и броне из сшитых кожаных пластин, окрикнул меня:

   - Эй, ты! Доставай меч и давай к нам! Быстро!

   Я покачал головой. Отчего-то, шансы этой ватаги против трех великанов казались мне призрачными. Парень оскаблился полным черных зубов ртом:

   - Проклятие на тебя! Они прирежут тебя как только разберутся с нами!

   В этот момент Бессердечные взревели - так что заложило уши и ударило в грудь - и бросились на врагов. В два прыжка они преодолели разделявший их десяток шагов, врезавшись в толпу как танки в строй пехоты. Первые же удары свалили двоих, остальные поятились, попытались обойти врагов, но троица перекрывала своим оружием всю улицу. Тот парень, что кричал на меня, попытался поднырнуть под палицу и вогнать кинжал под колено бессердечному, но удар топора от его товарища свалил его на землю. Исполин с палицей в ту же секунду сшиб того, кто попытался достать его товарища с топором.