Немецкая машина футбола

В Campo Bahia внезапная чехарда на позиции в самом сердце команды виделась меньшей проблемой, чем то, что Лёв был вынужден обходиться без двух своих привычных солдат полузащиты одновременно. Общественность, однако, считала, что эта ситуация очень взрывоопасна. Бойкот, объявленный Швайнштайгером в Бразилии всем представителям СМИ, также не способствовал снятию напряжения вокруг этой проблемы. Он был единственным членом немецкой делегации, который игнорировал все звонки и вкрадчивые попытки убедить его передумать и пообщаться с печатными и телевизионными журналистами, которые предпринимал DFB. Frankfurter Rundschau назвала такое его отношение к прессе «высокомерием» и поведением «примадонны», газета отмечала, что решение Швайнштайгера «забраться в воображаемую раковину» контрастировало с открытым, непосредственным поведением остальных игроков команды.

Его отношения с газетами медиаконцерна «Шпрингер» были преисполнены напряжения. Несколько лет назад репортер Sport-Bild Кристиан Фальк высмеял его, назвав словом «Chefchen», «маленький начальник», в статье на передовице. Швайнштайгер ответил ему на пресс-конференции «Баварии», назвав журналиста «лжецом», «тупицей» и «зассанцем». Раймунд Хинко, другой колумнист Sport-Bild и инсайдер, специализирующийся на «Баварии», за пару недель до турнира в Бразилии написал очень критичную статью под названием «Кончина футбольного бога». Хинко писал, что Швайнштайгер «слишком медленный» и «слишком негибкий», чтобы суметь вписаться в систему Пепа Гвардиолы: «Но он достаточно гибок, чтобы суметь поднять настроение команды, организовав вечеринку… никто из игроков не обладает таким же талантом улыбаться на камеру после побед». Когда в один из дней для прессы Подольски столкнул Фалька в бассейн отеля, где жила команда, все выглядело подозрительным образом похоже на продуманное заранее нападение, организованное с согласия молчаливого приятеля Польди.

У Лёва было несколько дней перед игрой ⅛ финала в Порту-Алегри для того, чтобы поразмыслить по поводу головоломки в полузащите. Алжир Вахида Халилходжича стал соперником-неожиданностью для немецкой сборной после того, как им удалось обыграть Россию в заключительном матче группового этапа. «Хихонский позор» еще не похоронили в могиле истории. Северо-африканцы жаждали мести.

Начало начал

Дитрих Визе живет в Хайльбронне, в бывшем армейском бараке вооруженных сил США, который перестроили, превратив в современный жилой дом. «Лучшее в моей квартире то, что надо мной никто не живет, – говорит он. – Терпеть не могу, когда кто-нибудь, живущий наверху, закатывает вечеринку на ночь глядя. А так я живу в мире и покое. Этого я всегда и хотел. Приятно осознавать, что ты счастлив и всем доволен на старости лет». Визе исполнилось 80 лет в ноябре 2014-го.

Для своего посетителя он купил торт. Käsesahne (чизкейк, но более легкая его, центрально-европейская, разновидность). Четыре ломтика стоят в ряд на маленьком столике в гостиной комнате, которая одновременно служит офисом. Встроенный гарнитур из вишневого дерева. Можно услышать, как кофе капает через фильтр. «Выкладывай. Что ты хочешь узнать? Хочешь молока или сахара? Разберись сам, там все есть».

В 2013 году Визе пережил тяжелый сердечный приступ. Его жизнь была спасена за какие-то несколько секунд до катастрофы. Он хорошо восстановился с тех пор. Он по-прежнему регулярно ходит смотреть футбольные матчи любителей в Хайльбронне или Неккарзульме, общается с пенсионерами на бровке. Стадионы Бундеслиги – больше не часть его мира, поездки на матчи отнимают слишком много сил. «Мотор с каждым днем все слабее, – говорит он и смотрит в пол. – Быть может, я слишком много трудился в этой жизни. И наверное, слишком много держал в себе, к сожалению».

* * *