Немецкая мотопехота. Боевые действия на Восточном и Западном фронтах. 1941-1945

Снаряд разбил стальной щиток его орудия. Шрийнен выстрелил – и одно стальное чудовище застыло неподвижно. Один из ИС окутался пламенем. Но остальные приближались. Фламандец сделал еще два выстрела по Т-34, а потом на его орудии отказал экстрактор гильз.

Теперь после каждого выстрела ему приходилось выскакивать из-под прикрытия смятого стального щитка орудия и спереди через дуло выталкивать из замка стреляную гильзу снаряда.

И всякий раз, когда он появлялся из дыма выстрела, по орудию хлестали пулеметные очереди, рикошетили пули снайперов, свистели осколки мин.

Раненый радист требовал в сложившейся ситуации вызвать артиллерийский огонь по своей позиции, уже обойденной танками. Но тут разрыв германского снаряда заставил русскую пехоту залечь и дал возможность Шрийнену снова перезарядить орудие.

«Смывайся отсюда!» – кричало в нем чувство самосохранения. «Ты не можешь уйти, иначе танки размажут своими гусеницами по земле твоих товарищей!» – твердило чувство долга.

Поэтому Шрийнен остался на своем посту, и продолжал сражаться, и вышел из этого боя победителем. Он поджег второй танк ИС, затем один за другим подбил два Т-34, которые подошли метров на четыреста. Эти три удачных выстрела дали ему возможность немного перевести дух. Но вскоре на его орудие снова обрушился град снарядов. Т-34 вели беглый огонь, и под прикрытием этого огня стали приближаться тяжелые танки. А в паузах между разрывов снарядов слух фламандца забивал рев танковых моторов и лязганье гусениц.

Никого больше не осталось! Он был один. Но у него еще оставались снаряды к орудию. Поэтому: стрелять, стрелять, стрелять!

На подступах к орудию чадно горели семь танков. Три или четыре остальные, поврежденные выстрелами, разворачивались с заклиненными башнями или замерли на месте с перебитыми гусеницами.

Снова и снова выскакивал Шрийнен к дулу орудия, выталкивал стреляную гильзу и снова скрывался за искореженным щитком, уклоняясь от очередей танковых пулеметов.

Все ближе и ближе подходили стальныге гиганты.

Теперь к позиции Шрийнена громыхал ИС, которому тот должен был сыграть роль судьбы.

Фламандец выстрелил, когда колосс остановился в двухстах метрах от него, – и промахнулся, противник рывком снова тронулся с места. Длинноствольное башенное орудие танка выбросило пламя, и 122-миллиметровый снаряд начисто снес броневой щиток противотанковой пушки.

Снова взревел мотор танка. Снова Шрийнен обежал свое орудие. Он выбил стреляную гильзу, забежал к замку, дослал в него новый снаряд и увидел, что ИС-2 остановился в тридцати метрах от него.

Теперь или никогда! Следующие два выстрела – его орудия и танка – будут последними в этой дуэли. Или он, или танк!

Шрийнен без всякой спешки навел орудие и выстрелил. Почти одновременно, разделенные какими-то долями секунды, грянули два выстрела – 122-миллиметрового орудия вражеского танка и его 75-миллиметровки.

Шрийнен увидел форс пламени, несущийся к нему, успел заметить удар своего снаряда во вражеский танк – и для него все исчезло, закрутившись в стремительном вихре.

Шрийнен почти в упор поразил стального гиганта. Но и снаряд врага в клочья разнес противотанковое орудие.

Взрывная волна отбросила Реми Шрийнена в сторону, и он остался лежать на земле, истекая кровью из многочисленных ран.

Но и вокруг его разбитого орудия замерли на месте более дюжины подбитых им танков.

Русские не продвинулись дальше ни на шаг. Это одно-единственное орудие совершенно их деморализовало. Роттенфюрер Реми Шрийнен спас фронт.

В последовавшем за этим контрударе танки дивизии «Дас Райх» подошли к позиции разбитого орудия. Они нашли последнего артиллериста из всего орудийного расчета, и один из танков доставил тяжелораненого солдата в тыл. Реми Шрийнен снова оказался в госпитале.

Уже 29 июля он был представлен к награждению Рыцарским крестом. Награду ему вручили 21 сентября 1944 года. Реми Шрийнен стал первым и единственным солдатом 27-й добровольческой мотопехотной дивизии СС «Лангемарк», получившим это высокое отличие. Вместе с Рыцарским крестом ему вручили и золотую нашивку за ранение.

В ходе боев последующих дней вся боевая группа была чрезвычайно измотана, и 1 октября 1944 года оставшиеся в живых фламандцы вошли в состав 27-й добровольческой мотопехотной дивизии СС «Лангемарк». За мужество Реми Шрийнен был произведен в унтершарфюреры и отправился вместе с дивизией участвовать в Арденнском наступлении.

Но во время этой последней операции единодушия в дивизии не было, поскольку никто из фламандцев не хотел сражаться против своих соотечественников. Поэтому в конце января 1945 года дивизия была переброшена в Нижнюю Померанию[83].

В ходе боев за Арнсвальде, в которых погиб один из самых отважных фламандских солдат, оберштурмфюрер Ханд Лапорт, дивизия сражалась в составе III германского танкового корпуса под командованием Штайнера.