Непрописные истины воспитания. Избранные статьи

Я часто встречал родителей, которые полностью отвергают воспитание доброты и любви на том основании, что этот мир – не для добрых людей. Никаких Дон Кихотов в моем доме!

Тут-то и зарыта педагогическая собака. Спустя годы она оживает в выросших детях, начинает лаять и рычать, а мы в ужасе: откуда это?

Ладно, пусть наш ребенок не будет Дон Кихотом. Но пусть в нем хоть что-нибудь будет от милого Рыцаря печального образа. В постоянных победителях есть что-то отвратительное.

О целомудренности в отношениях

Сегодня требуют открывать детям всю подноготную жизни, и никак иначе. Я понимаю, что детям надо говорить всю правду. Что с детьми надо разговаривать в открытую. Что чем раньше дети узнают правду, тем более честными людьми они будут. Что – и так далее…

Но вопреки всем очевидным фактам и доказательствам я старомодно думаю, что в разговорах с детьми надо соблюдать какое-то целомудрие. Не все, о чем пишут в книжках, может быть предметом разговора отца с десятилетней девочкой и даже с шестнадцатилетним сыном. Книжка – книжкой, а общение есть общение, оно задевает души.

Да, между детьми и родителями должны быть контакт, взаимопонимание, близость – но должно быть и расстояние. Мама с дочкой – друзья, но не подружки. Дети должны – так я думаю – понимать, о чем и с кем можно разговаривать, это приучает их соблюдать какие-то границы. Иначе – полная распущенность. Иначе родители детей – матом, а чуть позже и дети родителей – матом, и тогда родители хватаются за голову и кричат, что нынешнее поколение никуда не годится и никого не уважает.

Условности? Да, условности. Недавно я стал корить девятиклассника, который курил. «Как же, – говорю, – ты дома? Ты и при родителях куришь?» «А при родителях мне даже и не хочется», – засмеялся он, удивившись моему предположению, будто можно курить при родителях.

«Условности», «обман», «лицемерие» – какими только словами не назовут этот взгляд на воспитание иные из читателей, и со смущением признаюсь, я и сам не могу объяснить его теоретически. Это просто мое убеждение.

Я убежден, что если мальчик подрался или даже его побили в школе, он не должен торопиться сообщать об этом родителям. Он не должен бежать к ним со всякой своей неприятностью. Он не должен рассказывать им все о своей подростковой жизни, во многих случаях неприглядной. И само это бережение родителей своих, своего рода забота о них и создает позже определенность и твердость характера.

Осторожно, капкан!

Не думай, не желай и не смей – три кита, на которых держалось прежнее воспитание. Теперь его по капле выдавливают из себя с тем, чтобы… Чтобы передать детям?

Воспитание обузданием и самообузданием действует, пока есть необходимый для таких механизмов страх, пока неподчинение коллективу грозит большими неприятностями. Но страх уходит, основой жизни становятся самостоятельность, самодеятельность, саморегуляция. И в частной, личной, трудовой жизни человек все больше начинает действовать на свой риск и страх – оценим это поразительное по психологической точности народное выражение: свой риск и страх. Не кто-то рискует, а ты. Не внушенный кем-то страх, а свой, вызванный внутренними побуждениями.

Быть может, это одна из самых больших перемен, которые происходят сейчас, – риск принимается как естественное для человека состояние и поведение. Новое мышление меняет сознание и мировоззрение. Свой риск и страх меняют волевую сферу.

Однако что же это все значит на практике? Как воспитывать теперь детей? Что им говорить? К чему подталкивать? О чем предупреждать?

Прежнее массовое воспитание в общем-то внушало молодому человеку: «Делай как все, будь как все». Сегодня оно не то что не годится – оно становится опасным для детей. В иных случаях правило «делай как все», внушенное с детства, и боязнь отличиться от других могут привести к тому, что подросток будет втянут в банду, станет алкоголиком, а то и наркоманом. Для подростка «все» – это не вообще все абстрактно-прекрасные люди, а реальная компания, в которую он вынужден вступать за неимением другой. Чаще всего у него нет выбора и точит изнутри: «Будь как все, ты что – лучше других?»

Но может быть, лучше так говорить детям: «Не будь как все, никому не подчиняйся, никому не подражай, у тебя свой ум должен быть» – так?

Тоже страшно. Человек один быть не может, он ищет, к кому прислониться, к кому прилепиться, кому подчиниться – многим своя воля кажется лишней тяжестью, а поиск своего пути – утомительным занятием.

Воспитание всегда трудно, воспитание же для жизни на свой риск и страх в тысячу раз труднее, чем привычное воспитание уздой – обузданием и самообузданием. Предприятие, созданное на свой риск и страх, может разориться; человек, действуя на свой риск и страх, может оказаться на краю гибели. Здесь таится опасность, но именно эта неизбежная опасность и воспитывает. Многие неудачи воспитания объясняются тем, что родители старались действовать наверняка, избежать риска. Но воспитание без риска силы не имеет.