Несбывшиеся надежды

Рим настолько велик и многогранен, что его невозможно ни объять, ни понять за несколько дней, ни уложить свои впечатления в один материал. Каждый день он открывается тебе по-новому, поворачиваясь то классической стороной, то представая уютным и милым, то открываясь как хаотичный, грязный и совсем не столичный город. Свернув с центральной улицы, попадаешь в уголок провинциальной Италии в самом центре Рима – рыжие домики с отваленной штукатуркой и узкие замусоренные улочки резко контрастируют с пышностью центра. На протянутых верёвках сохнет над головами бельё, а из распахнутого окна слышно шипенье сковородки и звонкий женский голос, вправляющий мозги ребёнку, а может – мужу. Тут же рядом расположена хлебно-кондитерская лавка, внутри которой голова кружится от ароматов ванили и свежей выпечки, а в витринах крутятся хлебные карусели и смотрят пустыми глазами маски, тоже хлебные. К свежей выпечке Георг был неравнодушен, и они выпили по чашке ароматного кофе с замечательной булочкой. В нескольких метрах отсюда, на центральной улице, это стоило бы в два раза дороже.

Итальянцы любят ходить за продуктами в специализированные магазины. Это у нас отдельные хлебные, мясные и молочные лавки канули в лету лет двадцать пять назад, а в Италии традиция жива и под натиском супермаркетов старается не сдаваться. Поэтому в Риме, как и в других городах, по-прежнему много исторических магазинов, где традицию производства того или иного продукта тщательно охраняют.

У входа в сувенирный магазинчик на лавочке сидел раскрашенный деревянный Пиноккио. Зайдя внутрь, они были удивлены невероятным скоплением различных буратин, т. е. пиноккио – от совсем крошечных, до в человеческий рост, раскрашенных во все цвета радуги или просто отшлифованных в дереве, держащих всевозможные предметы или просто сидящих, лежащих, стоящих, висящих по всем уголках магазина. Это, наверное, был главный «буратинный» магазин в округе. Полина не выдержала соблазна и купила деревянного «итальянца» на ленточке национального флага, в качестве брелока для автомобиля.

Находясь на центральных шумных проспектах вечного города или на узких, почти безлюдных улочках, у внимательного туриста создается впечатление, что власти пытаются выжать из туристической популярности Рима как можно больше денег, но вкладываться в него, как-то реставрировать, чистить, улучшать инфраструктуру не особо стремятся. Те, кто был в Москве или в Петербурге в качестве гостя согласятся, что наши столицы по многим параметрам превосходят Рим, в том числе по чистоте. Граффити в центре Москвы или Петербурга – это просто немыслимо, разве что в каких-нибудь дворах, и нигде не видно, чтобы гранитные ограждения Москва-реки или Невы были как-то испорчены. А тут, пожалуйста, разрисованы стены зданий и набережная Тибра этим уродством на видном месте, и никому нет до этого дела. Разваливающиеся дома, прямо в центре города, и нет никаких следов деятельности официальных властей около них. К примеру, район вокзала Термини вообще пугает всякого иностранца – мусор, грязь, кругом шатается какая-то бездельничающая молодежь всех цветов кожи, а ведь этот район – вовсе не задворки Рима, это почти центр города, для многих – это долгожданный финал дороги, которая ведёт в Рим и где начинается знакомство с вечным городом.

В отель они вернулись уставшими и голодными и решили обедать в ресторане отеля, где их уже знали и старались готовить итальянские блюда с учётом русской кухни. После обеда Полина занялась собой накануне предстоящего ужина в гостях. Георг отправился в ближайший магазин цветов, чтобы купить букет для Регины.

Вечером приехал внук Регины и отвёз Георга и Полину на виллу. Дорога заняла всего лишь несколько минут – вилла располагалась почти в центре города. Они подъехали к элегантному 3-х этажному строению, окружённому ухоженным парком. Среди фруктовых деревьев и средиземных растений видны были абрикосы, мандарины, киви, гранаты, фейхоа. На территории виллы находился бассейн, выложенный мозаикой. Полина, сама владеющая дорогим домом и знающая толк в качественных стройматериалах, оценила плитку бассейна – наверняка Bisazza, изготовляемая из венецианского стекла с добавлением авантюрина, что делает каждую плиточку уникальной и невероятно красивой.