Нескучная книжица про… (сборник)

Утром было забавно наблюдать, как просыпается лагерь. Муравейник из бесчисленных палаток, знамен и спальников. И изумленные лица тех, кто впервые увидел это при свете дня.

Планы у Егора были грандиозные. Он твердо решил увидеть все и объять необъятное.

– И ты погуляй, – великодушно предложил он бабушке. – Тут много интересного.

– Я, наверно, здесь останусь, – пожала плечами Нина Петровна, уверенная, что так и будет.

Но судьба распорядилась иначе.

Сначала за ней явилась розоволосая любительница вязания и потащила на концерт Хелависы.

– Мне отсюда слышно, – заупрямилась бабушка.

– Вы должны ее видеть, – отрезала девочка.

Пришлось идти – не обижать же хороших ребят?

Девочка оказалась права: никак не ожидала Нина Петровна, что хрупкая девушка на сцене обладает таким волшебным голосом. Пела, как ворожила.

И публика была совсем другая: не суровые кожаные бородачи, а ясноглазые мальчики-девочки, будто вышедшие из эльфийских лесов, чтоб послушать.

А потом в небе зарычало, загудело, и началось авиашоу. Нина Петровна немедленно позвонила мужу.

Большой знаток летательных машин, он оторвался от пазлов и терзал ее полчаса, требуя подробного отчета, что летает и как. Тут бы ей заметить, что телефон подозрительно пискнул, предупреждая о разряженной батарейке.

Но она внимания не обратила и твердо решила идти домой, в палатку, только одним глазком заглянуть, чем заняты люди под огромным зеленым шатром.

Это было ошибкой.

Вошла и пропала. Тут играли в настольные игры.

Она присела на свободное место. Играли в Словодел, и она тут же оказалась в команде. Выбраться теперь до конца игры не было никакой возможности.

То и дело раздавались жалобные стоны:

– Ребята, выпустите… там «Пилот» выступает…

– Сиди! – отвечали товарищи, – доиграешь – выпустим.

И страдалец вытягивал шею, глядя на огромный экран, на котором транслировали выступления музыкантов как раз для тех, кто не смог пробиться к сцене.

Сколько времени прошло, Нина Петровна не заметила.