Несвятые святые женщины

В доме было две прислуги: кухарка и няня, а дом у них был большой – двухэтажный. Утром Лелечка вставала рано, заваривала и разливала чай, мыла посуду и помогала няне убирать комнаты. А присмотреть и занять сестренок тоже было нелегко: толстушка Зина часто капризничала и ссорилась с Лидой. И никто не умел ее так скоро уговорить, успокоить, как старшая сестра, и дать ей занятие, которое бы ей нравилось.

Леля очень любила работать и делала все аккуратно: она подшивала кухонные и чайные полотенца, простое белье. До сих пор ее мама хранит, как дорогую память, вышитые еще неопытной маленькой рукой салфетки.

А какая была радость, когда Леля сшила первую кофточку для своей сестрицы!

– Смотри, Зиночек, что я для тебя сшила! – с восторгом говорила она.

– Вот и отлично, Лелечка, теперь ты у нас будешь портнихой! – воскликнула Зина.

В семь лет Леля стала учиться. Девочка каждое слово, казалось, схватывала на лету и ничего не забывала. Через три года она сдавала вступительные экзамены в училище.

Утром Лелечка собиралась на экзамен, и папа с мамой благословили ее иконой Божией Матери. Как горячо она молилась! Не забыть ее маме эти чудесные большие глаза, с такой любовью и верой обращенные к Богу, эти худенькие ручки, сложенные на груди. Маме тогда хотелось плакать, но она сдерживала себя, чтобы не расстроить свою девочку перед экзаменом.

Леля поднималась со своим папой по лестнице, а мама стояла внизу и провожала их нежным взглядом. Экзамен она выдержала блестяще и стала ходить в училище. Подруги сразу полюбили маленькую Лелю.

В 12 часов мама посылала ей горячий завтрак, молока и немного гостинцев. И что же – она узнала, что девочка почти все отдавала своим подругам.

– Леля, как же ты сама целый день голодная? Нельзя, моя девочка, ты можешь заболеть! – говорила ей мама.

– Ах, мамочка, ведь жаль, они так и смотрят, им тоже хочется вкусного… У некоторых девочек нет родных, к ним никто не ходит! – отвечала Леля.

Зиночка и Лида очень скучали без сестры: целый день они ждали ее возвращения.

– Вот она! Наша дорогая идет! – радостно на весь дом закричала Зина, увидев в окно возвращавшуюся сестру.

Девочки выбежали ей навстречу, расстегнули пальто, сняли с головы платок, занесли в комнату ее книги, и Леля стала рассказывать им, что произошло в училище.

Скоро в семье Лели родился братик Витя. В свободное от уроков время Леля своими трудолюбивыми ручками шила малютке приданое: все простыни, пеленки были подшиты ею. Вскоре малыш стал всеобщим любимцем. Сестрам нравились его ручки, ножки, гримасы. После ванны Леля помогала вытирать и одевать брата, приговаривая:

– Что, сибиряк, хорошо вымылся? Любишь водичку? Теперь мамочка покормит тебя, и баиньки!

– Лелечка, вот он у нас вырастет, будем его с тобой учить: на колени на горох ставить, наказывать! – шутила няня.

– Нет, нянечка, уж лучше будем его учить с лаской! – отвечала милая девочка.

Лида и Зина после купания брата мыли в его ванночке своих кукол. У Лели тоже была любимая резиновая куколка, но она перестала с ней играть после того, как поступила в училище. Однажды вечером родители вошли в комнату Лели, она их не заметила. Девочка стояла, наклонившись над стулом и засучив рукава. Она старательно мыла свою куколку в каком-то блюдце. Потом она осторожно отнесла ее на постель: там было приготовлено белье, и начала ее пеленать… Тут родители не выдержали, со смехом подошли к Леле, сели на кровать и стали обнимать свою любимую девочку.

– Папочка, мамуля, только не говорите в училище, что я ее купала! Подруги будут надо мной смеяться! – раскрасневшись, просила девочка.

– Если не хочешь, милая, конечно, не скажем.

Они с улыбкой смотрели на эту сцену: их серьезная Леля была тем же наивным ребенком с пылким воображением. И как же она была мила в этот момент!

Как страшная буря, на бедную семью нагрянула страшная беда. Девочки осиротели – не стало их любимого папы. Случилось это несчастье неожиданно: он пришел со службы, почувствовал себя дурно. Едва успел слабеющей рукой благословить жену и детей, и к утру его не стало.

Леля похудела, побледнела, улыбка больше не озаряла ее милое личико. Только к маленьким сестрам и брату она стала относиться еще нежнее, еще заботливее и не позволяла на них прикрикнуть даже няне.

– Не кричите, няня, на них, ведь у них нет папы! – просила она.

Девочка стала такой печальной, что стала тревожить маму.

– Лелечка! Ну что ты все стоишь, моя милая, у окна. Займись с сестрами, почитай что-нибудь для меня! – говорила ей мама.

– Ах, мамочка! Он больше не придет к нам! – тяжело вздохнув, сказала Леля. – Я вспоминала, как наш папуля, бывало, возвращался домой… И все мне кажется: вот он выйдет из-за угла. И вдруг я поняла, что никогда его больше не увижу… Папочка наш родной!

– Леля! – серьезно сказала ей мама, чтобы успокоить девочку. – Мне без папы еще тяжелее, чем тебе, но я не опускаю рук, забочусь о вас, работаю и берегу своих деток. Милая моя дочка, ты у меня уже большая, подумай! У нас с тобой осталось трое маленьких сирот, и ты должна помочь мне их вырастить, поднять на ноги, выучить…