Несвятые святые женщины

В то время она была язычницей. Когда князя Игоря убили древляне, Ольга, по древнему обычаю, решила им отомстить и жестоко их покарала. Их сын Святослав был еще несовершеннолетним, поэтому за него правила княгиня Ольга. Она управляла подвластными ей областями Русской земли, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. За это она приобрела всеобщую любовь и славу мудрой правительницы.

Среди киевлян в то время многие были христианами. Из разговоров с ними Ольга поняла, что ее языческая вера – ложная, а христианская – истинная. За смерть своего мужа она сурово наказала древлян. Таков был закон ее веры. Но голос совести говорил, что она поступила слишком жестоко: за смерть одного погубила сотни, умертвила больше невинных и беззащитных, чем виновных. А от христиан она услышала, что Господь велел прощать врагов, молиться за них и даже любить их. Своим любящим сердцем Ольга почувствовала правду этих евангельских слов и решила стать христианкой.

Для этого она отправилась в Царьград, столицу Греческого царства. Ее сопровождала многочисленная свита и слуги. Русскую княгиню там встретили с подобающей честью и большой торжественностью. Крещение совершил сам патриарх в присутствии императора, который стал ее крестным отцом. После совершения Таинства Крещения патриарх сказал Ольге:

– Благословенна ты, что оставила тьму и нашла истинный Свет!

Вернувшись в Киев, княгиня Ольга немедленно приступила к возведению святых Божиих церквей. По преданию, ею были построены храмы: Святой Софии – Премудрости Божией в Киеве, Благовещения – в Витебске и Святой Троицы – в Пскове. Это были, по всей вероятности, небольшие деревянные храмы, будто свечечки, зажженные рукой княгини Ольги в языческой тьме. Они сияли тихим светом Христовой веры и звали наших предков отречься от служения идолам, чтобы служить живому, истинному Богу.

При посещении своей родины, недалеко от Пскова, княгиня Ольга на берегу реки Великой увидела три ослепительных луча, падавших с неба на крутой берег. Княгиня водрузила на этом месте святой Крест и предсказала, что здесь будет храм Пресвятой Троицы и воздвигнется большой и славный город. И действительно, еще при жизни княгини на этом месте был построен храм, вокруг которого стали селиться люди, и скоро вырос большой город – нынешний Псков.

Княгиню очень печалило то, что ее сын Святослав оставался язычником. Она говорила ему:

– Я, сын мой, познала истинного Бога и радуюсь. Если ты познаешь Его, тоже будешь радоваться!

Воинственный Святослав не слушал слов матери и отвечал:

– Как я могу принять другой закон? Моя дружина будет смеяться надо мной!

Ольга утешалась тем, что Святослав не запрещал другим принимать христианскую веру.

На попечении княгини Ольги находились ее внуки: Владимир, Олег и Ярополк. Она воспитывала их по-христиански, но не смела крестить, опасаясь сына-язычника. И ее труды были не напрасны. Сохранилось летописное упоминание о Ярополке: «он был муж кроткий и милостивый ко всем, любил христиан, и если сам не крестился ради народа, то никому не препятствовал».

Когда внук святой Ольги, Владимир, вырос, он и сам принял Святое Крещение и крестил весь русский народ. Об Ольге вспоминали тогда бояре князя Владимира:

– Если бы плоха была вера православная, то и Ольга не приняла бы ее, а ведь она была мудрейшая!

Остаток своих дней княгиня Ольга провела в строгих христианских подвигах: молитве, посте и заботе о бедных и больных. Скончалась святая княгиня в 969 году.

Похоронили святую равноапостольную великую княгиню Ольгу, согласно ее завещанию, как христианку, на указанном ею месте. При ее внуке, князе Владимире, ее нетленное тело было перенесено в каменную церковь. Летопись завершает повесть о святой Ольге такими словами: «Она первая на Руси вошла в Царство Небесное. Ее славят все русские сыны, ибо она и после смерти молит Бога за Русь».

Медведица

– Так я и знала! Судак переварился, огонь погас, а ты лежишь, как помещик, и тебе горюшка мало!

Высокая, полная женщина вошла в домик лесника Антона Груздя и так хлопнула дверью, что стены сторожки, сложенные из соснового кругляка, задрожали, как от землетрясения. Голос Ирины, жены лесника, по праву был признан самым густым и громким во всем Полесье.

– А, белочка моя, ты уже вернулась! Сделай милость, не ругайся, сердце мое! – сказал лесник жене.

Он лежал с перевязанной головой, на повязке виднелись следы крови.

– Лесники и музыканты – самый нерадивый народ на свете! Теперь ни за что не растопить очаг! – раздраженно сказала Ирина. – Скажи, Антон, о чем ты думал, пока я ходила по лесу? Я вижу, что с того дня, как воришка Данчук ударил тебя по голове, ты совсем поглупел!

– Это правда! – ответил Антон, переворачиваясь на спину. – Я думал о том, что если бы Данчук ударил меня чуть выше, ты бы сегодня встречала Рождество вдовой! Но, слава Богу, я еще жив! Я не виноват, что твоя рыба любит танцевать даже в кипятке. Она очень долго прыгала, вода от этого перелилась через край и затушила огонь!