Невидимый заговор против человечества

Не подлежит сомнению, что происхождение современной фондовой биржи следует искать в вексельной торговле, или точнее — в объединении торговцев векселями. Все те пункты, где в XVI, а затем и в XVII в. возникли наиболее значительные биржи, были раньше центрами оживленного вексельного обмена.

Но мы можем совершенно точно проследить, что в то время когда биржи начали процветать, вексельный рынок находился почти исключительно в руках евреев. Вексельное дело в XVI и XVII вв., отчасти и позже, считается во многих местах достоянием евреев.

Если евреи как господа вексельной торговли являются основателями современной фондовой биржи, то им обязано своим развитием и то еще более важное обстоятельство, что именно они придали бирже и биржевой торговле присущий этим учреждениям своеобразный отпечаток. Это объясняется тем, что они, по–видимому, были “отцами срочных сделок”, творцами техники биржевой торговли и, если угодно, родоначальниками биржевой спекуляции.

Яркий свет на положение биржевой торговли бросает история европейских бирж того времени. Обратимся прежде всего к бирже Лондона, которую, начиная с XVIII в., опеределил Амстердам и, как известно, впоследствии развился в крупнейший биржевой центр. В Лондоне же влияние евреев на развитие фондовой биржи заметно больше, чем в Амстердаме. Кроме того, можно с некоторой уверенностью утверждать, что чрезвычайный толчок развитию биржевой спекуляции в Лондоне к концу XVII в. дали амстердамские евреи, переселившиеся к тому времени в Лондон. Таким образом, история лондонской биржи становится новым подтверждением справедливости того взгляда, что развитие биржевой торговли в Амстердаме было преимущественно делом евреев. Они были, очевидно, уже в то время настолько опытны в этих операциях, что могли стать наставниками даже в таком сравнительно важном центре коммерческой жизни, как Лондон.

Биржа появилась, наподобие Минервы, сразу во всеоружии. Главными негоциантами первого английского займа были евреи. Они помогали Вильгельму III Оранскому своими советами, а один из них, богатый Медина, был банкиром Мальбору, платил ему ежегодную пенсию в 6000 фунтов стерлингов и за это получал первые известия о различных военных кампаниях. Дни победы английской армии доставили ему столько же материальной выгоды, сколько громкой славы английскому оружию. Различные уловки, такие как ложные сведения с театра военных действий, мнимое прибытие курьеров, тайные биржевые котировки, словом, вся закулисная система мамона была известна отцам биржи и изрядно ими эксплуатировалась.

Кроме сэра Соломона Медины, в котором следует видеть основателя фондовой спекуляции в Англии, известно о целом ряде других крупных еврейских капиталистов времен королевы Анны, ведущих биржевые спекуляции в большом масштабе. Менассэ Лопец приобрел большое состояние тем, что, воспользовавшись паникой (вследствие ложной вести о смерти королевы), скупил все правительственные фонды, быстро упавшие в цене.

Чтобы судить о финансовой мощи евреев в тогдашнем Лондоне, необходимо принять в соображение, что в начале XVIII в. число еврейских фамилий с годовым доходом в 1000 — 2000 фунтов стерлингов определялось в 100, а с 300 фунтов стерлингов годового дохода — в 1000[301].

Специалисты считают, что введение евреями на лондонской бирже профессиональной фондовой торговли, а следовательно, и так называемой “профессиональной спекуляции, является еще более важным фактом, чем создание широкой биржевой спекуляции крупными капиталистами. Оба эти явления также возникли лишь в первой половине XVIII в. и были, по всей вероятности, вызваны к жизни брокерами.

Низкая степень развития биржевой торговли во Франции в течение XVIII века является показателем того ничтожного влияния, какое евреи имели в ту пору на французскую, а в особенности на хозяйственную жизнь Парижа.

Почти до конца XVIII в. даже капиталистически заинтересованные круги и слышать не хотели о фондовой спекуляции. Существующие коммерческие руководства и словари того времени или совсем не упоминают о фондовой торговле и фондовой спекуляции, а если уже говорят, то с негодованием против этих неслыханных заблуждений. Неудивительно, что при таком всеобщем осуждении фондовой спекуляции она в течение всего XVIII в. строжайшим образом запрещалась всеми законодательствами.

Развивался и кредитный капитал в виде ростовщичества. И наступило время, о котором Гугенот де Муссо, автор книги “Евреи, иудаизм и иудаизация христианских народов”, изданной в 1869 г., писал: “Близок тот час, когда евреи–банкиры, благодаря своим огромным состояниям, станут нашими хозяевами и владыками”[302].

Сегодня можно констатировать, что слова, сказанные Гугенотом де Муссо полтора столетия назад, были пророческими. “Современное состояние 358 наиболее богатых “глобальных миллиардеров” равно общему богатству 2,3 миллиарда бедняков, составляющих 45 процентов населения планеты”, — пишет З. Бауман[303].