Невменяемый дракон

До поздней ночи десятки рук ощупывало возродившегося с новым сознанием дракона и более десятка отделённых сознаний просматривало его внутренности. Очень скрупулёзно и не раз проверили как Кремон пользуется своим отделённым сознанием и как удачно оно возвращается обратно. Выяснили при этом и весьма интересные, не ведомые ранее нюансы. Оказывается как бы из далека сознание не возвращалось, тело при этом оставалось всё той же одинаковой температуры: сорок пять градусов. То есть вполне здорового покорителя воздушного океана. Но главное, что пользоваться одной из главных прерогатив Эль-Митолана Невменяемый мог даже в чужом теле.

Перед самым сном подвели итоги и разрешили дать первую физическую нагрузку предстоящим ранним утром. Не только новому хозяину тела хотелось присмотреться и прочувствовать доставшуюся ему плоть как можно скорей, все учёные сошлись в единодушном мнении передать дракона Кремону в полное распоряжение. То есть с завтрашнего утра он уже сам должен был принимать решение когда, сколько и как ему тренироваться. И планировать свой день ему следовало только исходя из собственного самочувствия.

Но и после этого Невменяемый спать не лёг. Он дождался когда к нему в отведённую комнату на первом этаже проскользнула Мирта и с нетерпением принялся рыться в бауле с многочисленными наградами. Жемчужный орден был извлечён на свет и толстые ороговевшие пальцы стали пробовать сыграть на нём привычную мелодию. И каково же было разочарование молодого героя, когда его спасительная награда совершенно не откликнулась ни единым писком или мерцанием. Да и впоследствии, сколько он не пробовал, сколько он не носил с собой согревай более жарким по сравнению с человеческим телом, древний артефакт так и не стал работать. Видимо совершенно не желал настраиваться на чуждое по людским понятиям существо.

Но в тот вечер Кремон был особенно расстроен. И когда Мирта уносила баул в свою комнату, он ей вслед проговорил:

– Ладно, береги их до моего возвращения. И собирай письма от султана, я думаю они меня и здесь отыщут. А вот плоды…. – он на минутку задумался, а потом воскликнул: – А вот плоды храни с особым тщанием. И постараюсь парочку с собой взять в дорогу. Вдруг и появится оказия во сне побывать в сонном мире, да ещё вынырнув при этом из тела дракона. Вполне возможно что я попаду в другой мир, допустим …драконитов! Ха-ха….

Затем подошёл к огромному зеркалу, глянул на своё отражение и с омерзением содрогнулся:

– Ну и образина! А что делать? – стал он разговаривать сам с собой, – Придётся вот эту морду изучать и понимать. Так что приступим? Конечно! Куда деваться….

И принялся гримасничать со всем возможным тщанием и разнообразием. Дело в том, что практически никто не мог сказать по его мимике, какие в данный момент дракон испытывает эмоции. А ведь ауру своих ощущений можно было скрыть, или для опознавания могло не хватить магической мощи. Именно поэтому Кремону руководители проекта и поставили в комнате большое зеркало, вменив каждое утро и перед сном гримасничать, обучаясь распознавать собственную мимику. Потом и у других драконов, благодаря таким тренировкам он легко сможет распознавать недовольство, радость, злость или печаль.

Так что подобное ежедневное зубоскальство считалось оправданным.

На следующее утро нелепо переваливающийся дракон спустился пешком с высокого холма, на котором стоял новый замок, и, набирая скорость, перешёл на бег по лугу Гната Паласия. Само собой, что все приставленные для его охраны люди так и следовали за своим подопечным на лошадях в двадцати метрах сзади.

Как оказалось самого желания бежать не хватало. Короткие задние ноги никак не способствовали высокой скорости передвижения, да и хвост больше мешал в этом случае, чем помогал сохранить иллюзорное равновесие. Тогда Кремон впервые решил попробовать «распустить» крылья. Он разгонялся, расправлял свои длинные крылья с шелковистыми перепонками в стороны и высоко попрыгивал вверх. Таким образом, стараясь спланировать как можно дальше от места толчка.

Сразу становилось видно, что особого результата это не приносило. Удавалось пролететь над травами тридцать, максимум пятьдесят метров. А потом тяжёлая туша ударялась о грунт ногами, и надо было прилагать все усилия, чтобы не зарыться пастью в землю.

Конечно, теоретический инструктаж о том, как летают драконы, Невменяемый получил очень огромный. Воздушные пираты, по утверждению авторитетных специалистов, могли взлетать из какого угодно положения: с разгона, стоя, сидя, лёжа, в движении назад и вообще делая заднее сальто в пропасть. И всегда для этого они резко вскидывали крылья верх и в стороны, делая мощный мах вниз воздухом. Именно в этот момент, по предположениям специалистов и подключалась левитирующая сила, подбрасывая тело дракона вверх.