Нф-100: Шутки Георга Дебича (СИ)

Но ночью по скользкому откосу не взбежишь, если ты не герой фантастической игры с эффектом погружения или не элитный боец вооруженных сил. Ни бойцом, ни героем Седрик не был - и становиться не хотел. Значит, нужно было как-то пережить эту ночь.

У костра за углом зашуршали. Седрик вжался в стену.

- Я отойду, посиди тут.

- Да.

Шуршание стало сильнее, затем свернуло и удалилось. Седрик перевел дыхание и очень осторожно высунул нос из-за угла. На самом деле им руководило банальное любопытство: какого пола второй голос?

Но в небольшом плохо освещенном зале-рекреации было пусто. Довольно мощно горел костер, облизывая коптящиеся небольшие куски мяса, видимо, сохранившегося в глубоких холодильниках второй станции.

Седрик шумно втянул слюну, выскочил из-за угла и воровато подбежал к костру. Обжигаясь и шипя - и в то же время наслаждаясь теплом мгновенно согревающихся рук - ухватил за кусок мяса прямо руками. Стянул его с шампура и кинулся бежать.

- Ты что-то слышала, дорогая?

- Нет, ничего.

Продолжая размышлять над тем, что это за чертовщина сейчас была, Седрик бежал по коридору назад, не обращая внимания на то, как по пальцам стекает жир - или слюни? Он даже умудрился откусить приличный кусок мяса, вылезая из окна и скатываясь к загону.

Там Седрик и решил пока что остаться, с удовольствием поедая кусок судя по всему совершенно настоящего мяса. Настоящее мясо, да еще и выращенное в полевых условиях, конечно, было не таким вкусным, как искусственное, сдобренное всем необходимыми человеку добавками и витаминами, но Седрику выбирать не приходилось.

Он не наелся, но все же был очень доволен, лежа на спине посреди темного загона. Ему все-таки очень повезло наткнуться на эту странную парочку и ее костер.

Седрик даже тихо рассмеялся, облизывая остывший жир с пальцев. Это все здорово походило на сказку: человек бежит вон из одного места, попадает в другой, где находит крышу над головой, костерок и еду.

Липкие обожженные ладони немного саднило, но пока что он был жив. В тишине. Спокойствии. Почти сыт. За ним никто (хотелось бы верить) не гнался.

Было рано думать о том, что все хорошо, но сейчас Седрик подумал именно так. Зря, наверное, но ему очень хотелось подумать - даже соврав самому себе, - что все не так плохо, как казалось в начале.

Все не так плохо... не так плохо...

Седрик завозился, сложил руки под голову и закрыл глаза.

Реми очень редко видел сны. Но если ему что-то снилось, то он всегда был своей обожаемой сестричкой. Ему частенько говорили, что это, вообще-то, не очень-то хорошо, но Реми никогда не видел проблемы в том, чтобы быть своей драгоценной и любимой сестрой.

По крайней мере та всегда была добра с ним и всякий раз, когда младший возвращался с учебы, подкармливала конфетами. Их вкус Реми давно забыл, но все еще не видел ничего страшного, чтобы быть не самим собой во сне. В конце концов, это был просто сон.

- Доброе утро, - проворчал Реми, лениво перекатываясь с бока на бок. Хорошо жить одному: проснулся, когда угодно, заснул, когда захотел. Если кому-то что-то нужно - то рация под боком, проснуться от нее как нечего делать.

Реми дождался ответа и улыбнулся.

- Как спалось?

- Как и обычно: хорошо, - отозвалась сестричка.

Реми раскачался, поднялся и поплелся к ведру с водой.

- Рене, скажи... - Реми присел у ведра, опустил пальцы в воду, поплескал на лицо.

- Ну-ну? - нетерпеливо поинтересовалась сестра.

- Знаешь, я тут кое-что подумал. Может, нам стоит перебраться на первую станцию? Все-таки ты красивая женщина, нужно найти тебе кого-нибудь, или, может, в пункт потомства слетать...

Реми заскрипел зубами, но не обернулся. Повисла гнетущая тишина. Обернуться было страшно, как будто можно было увидеть там что-то страшное. Или - пустоту.

- Нет, не нужно, - через какое-то время, выдержав драматическую паузу, отозвалась Рене. - Мы можем остаться здесь.

Реми облегченно выдохнул, потер щеки, размазывая по ним копоть. Костер давно погас, а фонарь под потолком был выключен. Во внутренних комнатах почти не было света, и Реми все-таки зажег слабо мигающий фонарь.

Рене всегда говорила то, что младший брат хотел от нее услышать. Это было безусловно приятно, но червячок сомнения не покидал: неужели красивой молодой девушке не хочется быть окруженной чужим вниманием? Да любому человеку, наверное, хочется.

И Реми бы не отказался от чужого внимания, если уж быть честным. Но решиться на это он сам никогда бы не смог. Как и всегда, решения в семье должны были принимать старшие.

- Можем остаться? - задумчиво повторил Реми. - Так ты все-таки хочешь, чтобы мы не ушли?

- Реми, не начинай, - потребовала Рене. В ее голосе звучала неприкрытая усталость.

- Просто я думал, что ты, может быть, хочешь продолжить обучение. В конце концов, одно дело жить как мы сейчас, а другое - где-нибудь на хорошей планете. Учиться там, жить, кино смотреть... Что еще можно?

- Много что можно, - отозвалась Рене. Она, кажется, замечталась о чем-то, что можно делать на любой цивилизованной планете.

- Нужно посоветоваться с Александром, - предложила она.