Нф-100: Шутки Георга Дебича (СИ)

В каюте Донни были оба брата. Открыл старший лейтенант, смерил Гаржа задумчивым взглядом и вежливо поинтересовался:

- Чего?

Гарж высунулся из-за его плеча, чтобы видеть капитана.

- Поговорить нужно.

- Поговори, - Донни сел, жестом предлагая пройти внутрь.

Гарж протиснулся мимо старлея, всем своим видом демонстрируя, что он думает о полицейских, своими широкими плечами закрывающих проход.

- Наедине.

- Ладно.

Старший лейтенант пожал плечами и вышел за каюты.

Гарж решил не тянуть.

- Ты знаешь, что твой человек болен тем же, чем и Волк?

Донни помрачнел.

- Капитанской болезнью?

Вдаваться в этимологию названия болезни Гарж не стал. Не до того было. И так ясно, что капитан полиции ошарашен этой новостью. Значит, не знал.

- Кто? Ему нужно изолировать себя от всех.

- Ваш сержант.

Судя по еще больше помрачневшему лицу, от психолога Донни такой подставы совершенно не ожидал. Гарж скривился:

- Если кто-то из твоих будет разносить заразу по кораблю, я вас всех высажу и оставлю жить на кладбище. Это ясно?

Капитан кивнул.

- Я всех проверю.

- Хрен еще кто признается... - проворчал Гарж. - Или человек запросто может не знать, что он болен. Надо будет всех прогнать через проверку, иначе на планету наше корыто прибудет полным трупов.

- Но сержант уже точно болен?

- Точнее некуда.

- Ладно, - Донни поднялся на ноги, - я могу с ним поговорить?

- Да на здоровье. Только следи, чтобы он не вытирал слезы о твое плечо, когда будет просить тебя передать последнее послание своей мамочке.

Донни промолчал, но к сведению, видимо, принял. Вряд ли ему хотелось продолжить цепочку - тьфу-тьфу - смертей капитанов.

Гарж выставил вяло сопротивляющегося сержанта за дверь, а сам нырнул в медотсек. Дьюла встретил его наморщенным носом и выразительным "фу".

- Чего это сразу "фу"? - обиделся Гарж.

- Да я не про тебя. Про Артура. Он не кашляет, у него на руках сначала раздражение пошло, как у меня, а потом буквально за два дня вздулись пузыри, которые лопаются и протекают этой жижей. Так что получается, этот парень заразнее меня, пожал руку - и все.

- Пусть перчатки носит. И лапы свои не тянет, куда не надо.

- Он и не тянет. Вообще забился в угол и там просидел все время, что тебя не было. Жаль его.

- А себя тебе не жаль?

Про Макса и его литопсы Гарж пока что ничего не говорил. Почему - сам еще не до конца понимал. Но уж к тому моменту, как они окажутся на планете, уж наверняка расскажет.

- Себя нет. Я уже смирился.

- Идиот.

В двери появился капитан Донни. Он подозвал к себе Гаржа и негромко поинтересовался:

- У него нет шансов, так? Ты же не станешь лечить полицейского?

Об этом Гарж не думал. Он не станет платить за полицейского, а кого ему лечить - это не принципиально.

- Да я полечу, не вопрос, но...

- Я так и знал, - Донни кивнул и ушел.

Артур Филлипс выглядел паршиво. Вовсе не потому, что его руки покрылись неподсыхающими струпьями черно-красного цвета. Дело было, наверное, в том, что он услышал от капитана что-то такое, что мгновенно согнало с его лица всю краску. Сержант весь посерел, ссутулился и обреченно смотрел в пол.

- Да-да, капитан совершенно прав, сейчас я тебя съем, - попытался угадать причину страданий Гарж. Хотя причина-то, конечно, была ясна, но это совершенно не мешало ему затащить больного в медотсек.

- Раздевайся.

- Зачем? - Филлипс удивленно моргнул, поморщился и промокнул салфеткой выступившую на запястье черноту.

- Как - зачем? Ты думаешь, я буду есть тебя в одежде? Держи, - Гарж открыл перед парнем воронку мусоропровода и дал целый рулон полотенец, - и раздевайся, раздевайся.

Пока Артур неохотно вылезал из своей формы (нет, что, серьезно поверил?), Гарж поинтересовался:

- Этот вот тип, - он кивнул на Дьюлу, - сказал, что ты не кашляешь. Вообще ничего? Мокрота, вместо слез, ушной серы, поноса...

Филлипс поморщился.

- Ничего. Только руки, - он показал те самые руки, на которых висела куртка. Видимо, было довольно сложно протащить ладони через узкие манжеты, чтобы не потревожить язвочки.

- Интересное дело, ты знаешь? Ты думаешь о том же, о чем и я?

Эссенжи в этот момент ни о чем не думал. Еще на моменте раздевания он отвлекся на уборку в рядах препаратов, расположенных в шкафах. В том бардаке мог разобраться только Гарж, и он будет очень, очень недоволен, когда сунет нос за какой-нибудь припаркой и узнает, что ее нет на привычном месте.

Но, чтобы не вызывать подозрений, Дьюле пришлось согласиться:

- А то как же.

- Это потому что у дураков мысли сходятся.

Гарж на всякий случай потрогал пульс Артура, оттянул веки и с интересом заглянул в испуганно бегающие глаза, заставил открыть рот - и залез бы в трахею, если бы было соответствующее оборудование. На счастье сержанта, ничем таким корабль не располагал.

- Одевайся.

Филлипс еще раз изобразил трагедию, влезая в форму. Влезть в нее оказалось куда сложнее, чем вылезти - руки то и дело терлись о плотную ткань, поэтому скоро все вокруг было забрызгано мелкими черными каплями.

Гарж оценил масштаб и поспешно ретировался в пилотную, чтобы, как он сказал, "узнать, когда они, черт возьми, уже будут на этом чертовом кладбище".