Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

А потом выяснилось, что и сам Дональдсон был шпионом. В декабре 2005 года на спешно созванной пресс-конференции Адамс объявил, что Дональдсон сознался, что в течение более 20 лет являлся платным осведомителем британских спецслужб. Почти через восемь лет после Соглашения Великой пятницы Адамс сказал, что некоторые сегменты военных и разведывательных структур до сих пор отказываются признать, что «британская война в Ирландии окончена». Желая предупредить тех, кто, быть может, думает о предательстве в будущем, Адамс заметил, что британских агентов «шантажируют, запугивают, принуждают, покупают, ломают, используют, оскорбляют и затем выбрасывают за ненадобностью».

Дональдсон спрятался в уединенном коттедже в Донегал, построенном во время голода в XIX веке. Будучи похожим на портал в жалкое деревенское прошлое Ирландии, это строение не было оборудовано ни водоснабжением, ни электричеством. Однако над дверью висела подкова на счастье. Дональдсон отпустил «покаянную» бороду и рубил дрова, чтобы отапливать помещение. Затем в коттедж прибыл некто, кто и убил его. (Так никогда и не выяснилось, кто именно застрелил Дональдсона или отдал приказ о его убийстве. Но и Адамс, и Временная ИРА отрицали свою роль в этом деле.)

* * *

Как могли информаторы столь высокого уровня так долго оставаться нераскрытыми? В случае со Скаппатиччи объяснение очевидно: он был убийцей. Никто в ИРА не пребывал в иллюзии относительно желания государства прибегать к сомнительной тактике в этой необъявленной грязной войне. Но даже с учетом этого очевидная жестокость людей вроде Скапа может показаться, по крайней мере в теории, основанием для дисквалификации их как агентов короны. «В ИРА бытовало странное убеждение: если ты запачкан, то есть если ты убивал, то ты не можешь быть агентом», – однажды заметил Ян Херст, служащий в Британской военной разведке. Что же касается Скаппатиччи, то для него, по мнению Херста, лучшей защитой служило то, что он «продолжал убивать».

Если агент – убийца и его хозяева знают, что он убивает людей, то разве это не делает их (и само государство) соучастниками? Источники в Британской армии постоянно утверждали, что, усилия Скаппатиччи спасли 180 жизней. Но они допускали, что эта цифра дана «навскидку» и что такого рода рассуждения могут довольно быстро скатиться в предположительные математические расчеты целей и средств. В конечном итоге выяснилось, что Скаппатиччи имеет отношение по меньшей мере к 50 убийствам. Если шпион забирает 50 жизней и спасает больше людей, то его действия можно оправдать? Такая логика привлекательна, но опасна. Вы начинаете прокручивать цифры в голове и довольно скоро оправдаете массовые убийства.

В течение многих лет Провос делала заявления относительно связи Корпуса королевских констеблей или армии и лоялистских военизированных формирований, но это расценивалось как пропаганда. Кроме того, десятилетиями скрупулезно культивировался образ британского государства как вынужденного, но непредвзятого судьи, ввязавшегося в то, от чего все отстранились, дабы рассудить два воюющих племени. Но правда заключалась в том, что с самого начала власти воспринимали Провос в качестве главного врага, на которого и направляли все усилия, в то время как лоялистские террористические банды оставались в стороне, а скорее всего, были неофициальными структурами властей.

Еще в 1975 году офицер армии в Белфасте написал письмо своему начальнику, в котором он предупреждал о связях между лоялистскими военизированными группами и членами британской разведки и Специального подразделения, которые, видимо, сформировали «что-то вроде псевдобанд в попытке столкнуть военные группировки, чтобы те перебили друг друга». В другом письме, написанном в следующем месяце, этот офицер выражал мнение о том, что взрыв насилия во время Смуты может быть в значительной степени отнесен к деятельности агентов британских спецслужб, «постоянно подливающих масло в огонь конфликта».

Лоялистские банды, часто действующие с молчаливого одобрения или прямой помощи британского государства, во время бесконечной череды террористических атак убили сотни граждан. Жертвы являлись британскими подданными. Однако они были дегуманизированы в ходе конфликта до такой степени, что британское государство часто прекращало дела по обвинению в таких убийствах, не доводя их до публики или до внутренних разбирательств спецслужб. Все те «светлые границы», отделяющие цивилизацию от варварства, с помощью которых бюрократия и юристы якобы ограничивали государственную монополию на законное применение силы, нарушались. «Мы действовали там не как военное соединение, – признавался впоследствии один из офицеров MRF, – а как какая-то террористическая группа».