Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

Поскольку зажигательные бомбы оказались бесполезными, было решено заложить взрывчатку в автомобили. Эту идею разработала Белфастская бригада. Когда пришло время набирать команду для миссии, добровольцы из различных отрядов собрались в колл-хаусе на Ловер Фоллс. Джерри Адамс разъяснил, что работа будет опасной. Все согласившиеся на это добровольцы будут вынуждены на время уехать из дома. Пока Адамс говорил, Прайс присела на его кресло. В целях безопасности операции Адамс в присутствии большой группы говорил о миссии уклончиво, называя очень мало деталей, но он подчеркнул, что каждый участник должен быть готов встретиться лицом к лицу с полноценной государственной машиной. «Это непростая работа, – сказал он. – Если кто-то передумал, он может встать и уйти прямо сейчас». Он велел выходить через заднюю дверь, причем с десятиминутными промежутками, чтобы не привлекать внимания.

Прайс решила, что Адамс разыгрывает какую-то мелодраму. Она подумала, что идею с десятиминутными перерывами он почерпнул из книги о Майкле Коллинзе. Некоторые люди встали и потянулись к выходу. «Не торопитесь, парни, а то затопчете меня», – сухо сказала Прайс.

По завершении исхода осталось около десяти человек: среди них был также Хью Фини – друг и коллега Прайс по «Неизвестным». В свои 20 лет он отличался эрудицией и носил очки. Фини, отвечая за все деньги на операцию, стал начальником снабжения; он вооружился толстой пачкой пятифунтовых банкнот. Еще там был Джерри Келли – красивый молодой человек из Ловер Фоллс, с которым Прайс раньше не была знакома. Келли находился в бегах, так как сбежал из тюрьмы, где он оказался по обвинению в ограблении банка. Прайс решила, что он потрясающий парень. И, конечно, с ними была Мариан. Мариан всегда находилась рядом.

Они все были молоды. По существу, просто дети. Самым старшим членом команды оказался 29-летний Уильям Армстронг – парень с приглаженными черными волосами, бывший мойщик окон. Самой молодой была Ройзин МакНирни – большеглазая девчонка 18 лет. Шесть месяцев назад, до присоединения к Провос, она работала секретарем-машинисткой. И она все еще жила с родителями.

Будучи главой «Неизвестных», Коротышка Пэт хотел, чтобы операцией руководили умные люди. Поэтому на роль старшей он выбрал Долорс. По его словам, ее назначили «начальником всей группы». В непосредственное подчинение ей командировали двух лейтенантов – Хью Фини и Мариан Прайс. Ни один из добровольцев не имел какого-либо опыта работы на территории противника, поэтому Коротышка Пэт отдал приказ перейти границу и начать тренировки с взрывчатыми веществами и таймерами.

Тетя Брайди могла бы подтвердить, что производство бомб в Ирландии не имело отношения к точной науке и было крайне опасным. Брендан Хьюз рассказывал историю о своем прадеде, который во время Войны за независимость попытался бросить гранату в бронемашину; граната взорвалась у него в руках и оторвала конечность. Производство взрывчатки резко улучшилось в последние годы, потому что Провос не упускала случая попрактиковаться. Нельзя сказать, что добровольцы ИРА больше не подрывались на собственных бомбах, которые они продолжали делать. Вернее говоря, как заметил один писатель, эти несчастные случаи дошли до «отвратительной формы «естественного отбора», физически устраняя неумелых производителей взрывчатки. Те, кто выжил, относились к процессу с большой осторожностью, и в конечном итоге Провос породила несколько просто легендарных умельцев. Они создали 50-страничную иллюстрированную инструкцию, которой могли воспользоваться начинающие подрывники. В ней содержались советы относительного того, как сделать мину-ловушку из подручных домашних средств: свечного сала и прищепок для белья; для бомбы с гвоздями годилась пивная банка, а соломки для содовой использовались в качестве взрывателя.

Автомобильные бомбы, которые впервые начали применять в конфликте в начале 1972 года, представляли собой по-настоящему адские машины, потому что в то время размер большинства подрывных снарядов ограничивался чистым весом взрывчатых веществ, то есть тем, что несколько бойцов могли унести на себе. Спрятать же бомбу внутри автомобиля значило, что можно приготовить мощный заряд, затем просто отвезти устройство к цели, а самому уйти. Если чемодан или пластиковый пакет, оставленные у оживленного магазина, могли привлечь внимание, то машины служили отличной маскировкой, потому что были повсюду. «Автомобильная бомба обеспечивала эффективный контейнер и эффективную систему доставки, – писал Шон МакСтивен в 1975 году. – Она производила намного более серьезные административные, индустриальные и экономические разрушения во время операций. И не требовала много добровольцев для транспортировки к цели». Пустые брошенные машины на улицах Белфаста сами по себе были источником страха, который мог побудить людей бежать из какой-либо зоны, а власти – проверять, действительно ли в машине есть бомба.