Ничего не говори. Северная Ирландия: Смута, закулисье, «голоса из могил»

Отец Алек Рейд помогал совершать богослужение у могилы. Это был человек 56 лет с длинным морщинистым лицом и маленькими глазами с нависающими над ними веками. Он вырос в Типперери и еще в подростковом возрасте стал редемптористом[78] – вступил в орден католических священников, посвятивших себя спасению бедных и обиженных. Рейд переехал в Белфаст до Смуты, в начале 1960-х, и обосновался в монастыре Клонард – большом старом готическом здании, возведенном в конце XIX века, которое стоит на границе между республиканской Фоллз-роуд и лоялистской улицей Шанкилл. Основатель монастыря пожалел о таком местоположении и, как говорят, признавался: «Сомневаюсь, можно ли было выбрать более проблемный кусок земли». Однако это давало отцу Рейду преимущество наблюдать Смуту, находясь в непосредственной близости от того места, где что-то происходило.

Он не просто наблюдал. Он говорил, что некоторые служители церкви имели обыкновение прятаться за Библией. Но он, как сам любил повторять, был «уличным» священником, всегда в гуще событий – дипломат трущоб, тихо улаживающий споры. Иногда он оказывался в самом центре схватки. Это бывало опасно, но, как сказал Рейд одному своему приятелю-священнику, который спросил, стоит ли подвергать себя такому риску: «Взялся за гуж – не говори, что не дюж». Рейд свято верил в силу диалога: он считал, что, если дать людям возможность поговорить, большинство самых непримиримых противников найдут друг в друге нечто общее.

Регулярно посещая «Лонг Кеш» в 1970-е годы, отец Рейд сблизился с Бренданом Хьюзом и Джерри Адамсом. Адамс, который жил близ Клонарда, вырос с привычкой раз в неделю ходить в монастырь за наставлениями. Когда Адамс освободился из тюрьмы, Рейд наладил сообщение (носил записки) между молодым лидером и его товарищами, такими, как Хьюз, которые пока еще оставались за решеткой. Рейд так часто оказывался замешанным в ту или иную интригу, что Хьюз дал ему прозвище Закулисный Деятель.

Возможно, Рейд помогал Провос с записками, но это не значит, что он одобрял их деятельность. Напротив, он всеми фибрами своей души был против насилия, которое буквально раздирало сообщество. Рейд отличался спокойствием, и другие священники часто видели, как он ходит по монастырскому саду, зажав во рту сигарету и погрузившись в глубокие раздумья. Он считал, что должен заступаться за жертвы – за каждого человека, которого могли убить во время конфликта. Он не принадлежал к какой-либо определенной партии; он лишь был верен тем, кого могли сразить и (сражали). Рейд верил, что возможности для милосердия есть всегда, даже в самые темные времена; что в самых ужасных ситуациях можно следовать примеру Иисуса; что война, быть может, обнажает самые худшие стороны человеческой души, но она же раскрывает и самые лучшие. «Посреди Смуты вы встречаетесь с Господом», – говорил он.

Присутствие британской разведки было одним из источников постоянного напряжения на похоронах, проводимых ИРА. На улицы выходило очень много членов организации, а потому Корпус королевских констеблей и армия редко упускали возможность снять события на пленку и собрать информацию. Присутствующие вели себя по отношению к непрошеным гостям невежливо, а иногда и дерзко, особенно если люди, которых зарывали в землю, пострадали из-за британских пуль. Однако, когда гробы с телом Мейред Фаррелл и двух ее товарищей несли по улицам Западного Белфаста, ни полицейских, ни солдат видно не было. Властям был дан приказ отойти в сторону. В Кельтском лесу, на кладбище «Миллтаун», что в Западном Белфасте, вокруг только что выкопанной могилы, собрались Джерри Адамс и другие известные республиканцы, окруженные тысячами скорбящих. Первый гроб опустили в землю. Победив на выборах в Вестминстере пять лет назад, Адамс теперь был членом парламента. Он часто присутствовал на республиканских похоронах.

Отец Рейд начал молитву. Читая ее, он поднял голову вверх и заметил движение на краю стоящей толпы. Какой-то человек вдалеке. Крупный мужчина в темной куртке. Он шел по направлению к присутствующим с определенной и потому тревожащей целью. Засунув руку в карман, он вытащил предмет, напоминающий большое черное яйцо. Рейд тут же подумал, что это камень – люди в Белфасте часто бросали камни. Похоже, человек хочет, метнув булыжник, нарушить священный обряд похорон. Мужчина совершенно уверенно приблизился к людям и швырнул предмет. Затем Рейд услышал резкий звук взрыва. Это был не камень, а ручная граната.

Люди в панике разбежались кто куда, прячась за надгробиями, соскальзывая в грязь свежевырытых могил. Чувствуя необходимость навести порядок, Адамс схватил мегафон и закричал: «Спокойно, пожалуйста, успокойтесь!» Бум! Взорвалась вторая граната. Несколько человек побежали к мужчине, чтобы сбить его с ног. Но прежде, чем они это сделали, он достал пистолет и открыл стрельбу.