Читаем Никита Хрущев. Вождь вне системы полностью

Перед самой победой в феврале умерла Ксения Ивановна. Очень слабая, она не покидала свою комнату. Каждое утро после завтрака перед уходом на работу в Киевский ЦК Никита заходил с ней поздороваться. Вспоминает Рада: «Я была с отцом, когда ему сообщили о смерти его матери. Он взял меня с собой на прослушивание концерта капеллы „Думка“. Проходило прослушивание в филармонии. Не концерт для публики, а, скорее, узкая встреча; наряду с репертуаром они обсуждали насущные проблемы капеллы. Их было много — в разрушенном фашистами Киеве только начала налаживаться нормальная жизнь. Папа любил украинскую песню, под настроение сам пел с удовольствием. Во время исполнения очередного номера к нему кто-то подошел и прошептал что-то на ухо. Он встал и быстро пошел к выходу, я — за ним. Этим хмурым днем 1945 года умерла бабушка».

После всех трагедий войны у Хрущева изменилось отношение к великому вождю, но не из-за мифической роли, которую тот якобы сыграл в смерти его сына. В отличие от Молотова и других коллег по Политбюро, комиссар провел ее на фронте, в боях, ежедневно сталкиваясь с вмешательством центра в действия командиров на местах. Он не понаслышке знал, насколько восприятие событий Москвой было далеко от реальности.


Записка Н. С. Хрущева Г. М. Маленкову о проекте обращения Президиума Верховного Совета УССР к завербованным фашистами жителям Украины с призывом явиться с повинной

28 сентября 1943

[РГАСПИ. Ф. 83. Оп. 1. Д. 27. Л. 32]


Теперь и контроль НКВД вызывал у него раздражение. Отношения с людьми требуют не репрессий, а направляющего руководства партии, говорил он. На заседании ЦК КП Украины в 1945 году его возмутили слова выступающего, который обвинил в кулачестве крестьянку, недовольную нехваткой соли и керосина. Невероятный контраст с Хрущевым 1938 года, тогда крикливо требовавшим большей бдительности.

<p>Глава 5</p><p>Опять Киев</p>

Украинцы сполна выстрадали и в гражданскую войну, и при коллективизации, и когда республика была оккупирована. Они знали, что значит для страны хлеб, понимали, что без хлеба не получится восстановление промышленности… Я получал письма от председателей колхозов просто душераздирающие… «выполнили мы свой план хлебозаготовок полностью, сдали все, и у нас теперь ничего не осталось. Мы уверены, что держава и партия нас не забудут, что они придут к нам на помощь»… Я-то знал, что он обманывается. Ведь я не мог ничего сделать, при всем своем желании, потому что, когда хлеб сдается на государственный приемный пункт, я не властен распоряжаться им, а сам вынужден умолять оставить какое-то количество зерна, в котором мы нуждались.

Хрущев Н. С. Время. Люди. Власть
Восстановление Украины. Жена Леонида Любовь. Заселение Крыма. Споры со Сталиным: яровые или озимые. Усмирение западенщины. Органы госбезопасности должны подчиняться партии. Довженко и «Украина в огне». Ждановщина в Киеве. Первый «наш Никита Сергеевич». Коррекция Кагановича.

Украина, куда вернулся Хрущев, лежала в руинах: 17 000 городов и поселков были разрушены, 70 000 хуторов и деревень сожжены, 100 000 колхозов развалены, 32 000 заводов и фабрик взорваны или разрушены. Погибла одна шестая часть всего населения; два с половиной миллиона человек были угнаны на работы в Германию.

В 1944 году, когда семья была еще в Куйбышеве, Никита Сергеевич объезжал свою любимую республику, взяв с собой уже повзрослевшую Раду. Она собиралась стать журналистом и хотела писать репортажи о восстановлении Украины.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже