Никогда не связывайтесь с животными. О жизни ветеринара

«М-у-у-у!» Громким ревом Пеппа напрягла брюшные мышцы, и матка опять вылезла наружу, несмотря на мои воткнутые внутрь нее кулаки. Даже в таком плачевном состоянии корова все еще способна одолеть меня в кулачном бою. Получалось, что у меня выходило не два шага вперед и один назад, а три вперед и восемь назад. Был такой человек – Сизиф, царь из греческой мифологии, который дважды обманул смерть – и был за это наказан тем, что должен был закатывать камень на гору. Едва он добирался до вершины горы, как камень срывался и летел опять к подножию. Боги прокляли его и обрекли на такое бесконечное мучение. Возвращение на место выпавшей матки напомнило бы Сизифу о его бессмысленном труде, хотя и в более извращенном виде. Будь у него шанс выбирать, толкать камень или матку, он наверняка бы выбрал привычный камень. Но мне ничего не оставалось делать, как опять начать все сначала. Я уже и сам стал стонать и мычать.

– Фу-у-х! – напрягся я.

– Му-у-у! – отозвалась Пеппа.

– Ха-а-ах! – ответил я.

– Му-у-у! – возмутилась Пеппа.

Если бы где-то в кустах сидел Дэвид Аттенборо, уверен, у него бы получился шикарный видеорепортаж с забойным комментарием: «А вот мы обнаружили редко встречаемого в дикой природе ветеринара. Своими загребущими лапками он пытается проделать нечто напоминающее Сизифов труд в тщетной попытке заработать за день столько денег, сколько мог бы получать за четыре дня спокойной работы без ночных дежурств…»

Наконец розовое мясо стало заходить внутрь и оставаться на месте, определенно, у меня начало что-то получаться. Гравитация также помогла, потому что корову тянуло вниз по склону, так что и все, что оказывалось внутри нее, также тянуло вниз. Я немного замедлился. Когда циркуляция крови в тканях вновь возвращенной на место матки возобновится, нельзя было допустить, чтобы вся холодная кровь из матки сразу попала в кровообращение. Надо делать это постепенно, я стал чуть медленнее заталкивать ткань на место. И вот я уже лежу на боку на земле и пытаюсь протолкнуть матку как можно дальше внутрь, чтобы она вернулась в свое нормальное положение. Наконец, все зашло. Я наложил «кисетный» шов на вульву – такой шов закроет слишком большое отверстие. Я оставил достаточно места для мочеиспускания, очень надеюсь, что в будущем выпадения не произойдет. Нам осталось сделать последнее: дать корове кальций, чтобы поднять ее на ноги, но надо было соблюдать осторожность: до сих пор я не доверял Пеппе – вдруг она все же захочет нас убить. План был простой, но рискованный. Я сначала введу ей подкожно дозу кальция, и он будет впитываться постепенно. Потом я начну подавать кальций внутривенно, через вену на ее брюхе – это должно сработать тут же. Мой ящик с инструментами стоял на квадроцикле, ведра мы переставили в кусты, их фермер потом заберет. Если мы введем весь необходимый кальций, это хорошо; однако, если она отойдет слишком быстро и к ней вернется силушка, она может на нас кинуться и затоптать или забодать. Вот тут-то мистер Уильямс должен быстро вскочить на квадроцикл и завести мотор. При первых признаках, что наша вероятная губительница поднимается на ноги, я все брошу и помчусь к квадроциклу, и тогда мистер Уильямс умчит нас за горизонт.

Бутылка с внутривенной дозой кальция была уже на три четверти пуста, и тут Пеппа выдала огромную лепеху, что свидетельствовало только об одном: мышцы у нее стали сокращаться и организм начал избавляться от всего ненужного.

– Давай, быстрей, шевелись! – кричал мне мистер Уильямс.

Но я продолжал закапывать ей кальций, я хотел ввести как можно больше лекарства.

Пеппа сделала попытку подняться на ноги. Она смогла поджать под себя передние ноги, опереться на них и оттолкнуться. Вот теперь надо делать ноги мне. Я вынул капельницу и потрусил в сторону квадроцикла. Забравшись на него, подхватил одной рукой свой ящик, а другой схватился за металлический багажник квадроцикла. Когда мы отъехали, Пеппа вроде попыталась даже за нами погнаться, но как-то без задора, просто дала понять, что в следующий раз до нас доберется. Вернувшись к машине, я попытался почистить себя насколько мог. Помылся сам, помыл свой ящик, сапоги и халат водой в ручье, что бежал рядом с дорогой. Когда обливал себя водой, то почувствовал странное холодное мокрое ощущение в районе гениталий. Вот же блин, от натуги мои прорезиненные штаны треснули по шву. Я стянул их с себя, и обнаружил, что нижние брюки были все в крови от предыдущей битвы с маткой. В пылу боя я ничего даже и не заметил. Вот почему вам нужен мешок с запасными вещами, когда у вас ночная смена. Уже светало; мне нужен был еще один хитрый план.