Николай Булганин. Рядом со Сталиным и Хрущевым

Создание Электрозавода имело ещё одну предысторию, связанную с Московским объединением фабрик электроламп (МОФЭЛ). Кудринская, Покровская и Мещанская фабрики, действовавшие до 1917 года, пережившие падение производства во время Гражданской войны, через шесть лет были объединены в одну Елоховскую электроламповую фабрику. Решение сконцентрировать все московские ламповые производства МОФЭЛ под крышей единого Электрозавода (впоследствии МЭЛЗ) было принято ещё в 1925 году. К этому событию тоже причастен Н.А. Булганин, занимавший в то время пост руководителя треста в ВСНХ. Организаторы решили расширить производство вокруг корпусов дореволюционного завода «Проводник». В 1926 году завод был назван «Металлистом», потом переименован в «Прожектор».

Создать крупное производство, а индустриализация в СССР предполагала создание именно крупных производств, чтобы внедрять в них передовые технологии, планировалось также с учётом опыта западных компаний. К тому времени в Европе концерны AEG, General Electric, Siemens уже успешно реализовали идею создания гигантского индустриального комплекса, основанного на последних мировых технологических достижениях.

Несмотря на идеологические противоречия, сотрудничество с западными компаниями не прекращалось и после революции. Были попытки переговоров представителей ВСНХ СССР с германским концерном AEG, компаниями OSRAM и Philips о заключении договора о техническом содействии в ламповом производстве, покупке генераторов, моторов, приборов сильного тока. Но переговоры провалились, руководители делегации ВСНХ сочли предложенные условия кабальными.

В данной ситуации для создания своих производств пришлось воспользоваться привлечением специалистов из других стран.

Некоторые исследователи считают, что промышленным шпионажем в СССР руководил Ф.Э. Дзержинский. С его подачи укрепилась экономика страны грамотными кадрами из ОГПУ, которые знали, как действовать… Но тут не всё ясно и очевидно. Доля правды, наверное, есть. ОГПУ, утратив часть функций, переформатировали. Но это не значит, что с эпохи Ф.Э. Дзержинского и начался промышленный шпионаж.

Во-первых, промышленный шпионаж не был новшеством, им никогда и нигде не брезговали, это неизбежная часть конкурентной борьбы; им пользовались, пользуются и будут пользоваться все страны, особенно развитые: будут красть технологии, перекупать специалистов, выкупать нужные патенты или регистрировать их в своих странах и т. п. В этом, несомненно, преуспевали США. Думаю, что в наше время этим не гнушаются и страны Европы, и Китай.

Во-вторых, в Европе той поры не всё было благостно: огромная безработица, инфляция, революционные шатания… По линии Коммунистического интернационала в СССР приезжали иностранные специалисты, которые верили в создание справедливого социалистического общества. Другие ехали в СССР за заработком, кто-то приезжал в качестве консультантов советских инженеров. А ещё в то время у советского народа была поистине невиданная тяга к знаниям, ко всему новому, прогрессивному, светлому.

Слово «энтузиазм» – совсем не пустой термин, когда речь заходит о первых пятилетках. И слова «наука», «прогресс» – очень характерные термины для той поры.

Н.А. Булганин чувствовал пульс времени: он и спецов западных «прикупал», и своих светил не обижал вниманием и заботой. Был он и за границей и, верно, не только как любитель присматривался к новинкам электротехники.

На Электрозаводе трудилось немало немцев, они получали неплохую зарплату, им давали советские имена, у них здесь были свои общины. И всё же основной прогресс, конечно, держался за счёт своих специалистов. А главное – создание своих образцов.

Наше энергостроительство возможно было лишь на отечественном оборудовании, так как иначе – не говоря уже о затрате валюты, которой не хватало, – оно было бы подчинено всякого рода случайностям, связанным с внешнеполитическим положением СССР, и, кроме того, электроэнергетика не могла бы быть приведена в строгую систему, возможную лишь при унифицированном оборудовании.

В первые же годы пятилетки идёт форсированное развитие союзной электротехнической промышленности. При этом ориентир – на лучшие образцы иностранной техники. У целого ряда иностранных фирм закупаются патенты, и заключаются договоры на техническую помощь.

В результате такие заводы, как «Электрозавод», «Электросила», «Электроаппарат», «Севкабель» и другие, превращаются в мощные базы, заменяющие импорт и питающие строительство нашей электроэнергетики аппаратурой и оборудованием. Жёсткие требования и сжатые сроки были отведены на программу индустриализации страны и историческую необходимость «догнать и перегнать» капиталистическое окружение.

Всё это непосредственно касалось Н.А. Булганина. «Догнать и перегнать» – эти два магических глагола будут самыми важными в его речи перед делегатами XVIII съезда ВКП(б). Но это впереди, прежде ему надо пройти важнейшую управленческую ступень в карьере. И догнать по некоторым позициям ненавистных капиталистов ему удаётся.