Николай II. Дорога на Голгофу. Свидетельствуя о Христе до смерти...

Свидетельства М. А. Кудрина (Медведева). Но не один Ермаков пытался присвоить себе лавры главного цареубийцы. Вместе с ним это право оспаривал другой большевистский каратель — Кудрин, носивший кличку Медведев. Вообще имя Кудрина как непосредственного соучастника убийства не вспоминает никто из организаторов преступления: ни Юровский, ни Белобородов, ни Войков. Юровский в своем рассказе перед старыми большевиками четко объясняет роль Кудрина (Медведева): «Принимать трупы я поручил Михаилу Медведеву, это бывший чекист и в настоящее время работник ГПУ. Это он вместе с Ермаковым Петром Захаровичем должен был принять и увезти трупы».

Хотя, конечно, Юровскому и его «Запискам» нельзя верить ни на йоту, поражает, как быстро поверили сначала партийные, а затем и демократические верхи в откровения Кудрина, сразу же восприняв их в качестве доказательств.

Между тем имя Кудрина как цареубийцы всплывает только в 60-е годы, когда в ЦК КПСС началась активная и таинственная деятельность по «изучению» обстоятельств убийства Царской Семьи. По всем признакам это была организация огромной фальсификации, преследовавшей далеко идущие цели.

Вот воспоминания Кудрина: «Юровский, Ермаков и я идем вместе в Дом особого назначения, поднялись на второй этаж в комендантскую комнату — здесь нас ждал чекист Григорий Петрович Никулин (ныне персональный пенсионер, живет в Москве). Закрыли дверь и долго сидели, не зная, с чего начать. Нужно было как-то скрыть от Романовых, что их ведут на расстрел. Да и где расстреливать? Кроме того, нас всего четверо, а Романовых с лейб-медиком, поваром, лакеем и горничной — 11 человек!

Жарко. Ничего не можем придумать. Может быть, когда уснут, забросать комнаты гранатами? Не годится — грохот на весь город, еще подумают, что чехи ворвались в Екатеринбург. Юровский предложил второй вариант: зарезать всех кинжалами в постелях. Даже распределили, кому кого приканчивать. Ждем, когда уснут. Юровский несколько раз выходит к комнатам царя с царицей, великих княжон, прислуги, но все бодрствуют — кажется, они встревожены уводом поваренка.

Перевалило за полночь, стало прохладнее. Наконец во всех комнатах царской семьи погас свет, видно, уснули. Юровский вернулся в комендантскую и предложил третий вариант: посреди ночи разбудить Романовых и попросить их спуститься в комнату первого этажа под предлогом, что на дом готовится нападение анархистов и пули при перестрелке могут случайно залететь на второй этаж, где жили Романовы (царь с царицей и Алексеем — в угловой, а дочери — в соседней комнате с окнами на Вознесенский переулок). Реальной угрозы нападения анархистов в эту ночь уже не было, так как незадолго перед этим мы с Исаем Родзинским разогнали штаб анархистов в особняке инженера Железнова (бывшее Коммерческое собрание) и разоружили анархистские дружины Петра Ивановича Жебенева.